Нагадай мне любовь

Ему удалось выяснить, что сегодня будет представление для избранных, поэтому афиши и не висят в городе. Естественно, уважаемый сеньор Иларио Мендес входил в их число, и его любезно снабдили билетами за довольно большую сумму. Но Иларио никогда не смущали расходы, когда речь шла об удовольствиях.

– А что это за представление для избранных? – полюбопытствовал Питер, когда Иларио рассказал ему о своих поисках.

Больше всего ему хотелось расспросить друга о причинах его гневного взрыва в отношении маленькой цыганки, но он видел, что Иларио весь кипит и благоразумно решил отложить обсуждение этого вопроса до более удобного момента.

Хотя его сжигало любопытство. Что произошло между Иларио Мендесом и этой красавицей в прошлом? Несомненно, ответ мог быть только один – когда-то Иларио увлекся красавицей, и роман этот имел весьма печальное завершение. Питер был хорошо знаком с распутностью дона Иларио и не сомневался, что тот не мог пропустить столь примечательную женщину. Но откуда такая ненависть? Питер терялся в догадках и хотел узнать о цыганке как можно больше…

Иларио и Питер вошли в небольшой полутемный зал. Там пахло сыростью, и Питер невольно поежился.

– Да, не самое привлекательное местечко, – засмеялся Иларио, от которого не ускользнул жест друга. – Но представление стоит того.

Они сели в импровизированную ложу, отделенную от основного зрительного зала куском подозрительной тряпки. Питер поерзал на шатком стуле.

– А вот этого лучше не делать, – хохотнул Иларио.

 – Я однажды с него свалился…

Питер замер на месте. Трудно было понять, что привлекало Иларио, обычно столь внимательного к вопросам комфорта и качества, в этом зальчике.

Несмотря на то, что в зале было темно, можно было увидеть, что он переполнен. Большинство зрителей составляли мужчины средних лет весьма представительной наружности, и Питер вспомнил слова Иларио о том, что сегодня будет представление для избранных зрителей.

Интересно, будет ли в нем участвовать та гадалка? – невольно подумал он, сознавая, что очень хотел бы увидеть эту девушку еще раз.

Загорелся единственный прожектор. Убогость сцены и занавеса не могла не поражать. Питера не покидало ощущение, что он находится в провинциальном театрике конца прошлого века, где актрисы шли на все, чтобы эпатировать и привлечь публику мужского пола.

Заиграла громкая музыка, протяжная цыганская мелодия.