Сказка о Марфе Моревне

А портал одноразовый, я смотрю, хозяин уже успел припрятать. Быстро он. Значит, и для него вещица желанна. Ну и то хорошо, не будет этот кругляш мне руки жечь.

– Марфа? – Внимательный цепкий взгляд, будто хищник какой перед нападением жертву свою оценивает и осматривает. – Виктор, ты знаешь, что твоя гостья магией владеет?

То есть хозяина зовут Виктор. Надо хоть запомнить.

– И? – Лениво приподнятая густая черная бровь. – Ты – мой начальник безопасности, хочешь сказать, что не справишься с милой хрупкой девушкой?

Ой, парень… Я ж говорю: наивный и глупый ты… Не была бы я на твоем месте настолько уверена в силе и мощи охраны твоей… Не поможет она в данном случае… Эта «милая хрупкая девушка» однажды, будучи в гостях, ползамка на раз разнесла, всего лишь, ради интереса, переставив слова в простеньком заклинании, что должно было в комнате помочь с уборкой.

Мне тогда десять только исполнилось, волшбу свою контролировать ещё не могла, а любопытство, как у кошки, так по голове каждый раз ключом разводным и било… Как тогда маменька вопила. Не хуже баньши. До сих пор в ушах звенит.

Джордж, видимо, беспечности начальника своего не разделял, справедливо подозревая в дурных намерениях всех и каждого, а может, вспомнил к случаю поговорку, столь любимую батюшкой моим, об омуте и его жителях, потому что скептически на меня посмотрел, криво улыбнулся, но перечить Виктору не стал, а уселся рядом и провел руками над поверхностью стола. В ту же секунду возле его правой руки появилась тарелка со столовыми приборами.

Вот оно как. Получается, магией в этом замке все же владеют. Ну или амулет сильный где висит, на любую прихоть жителей откликаясь мгновенно.

Пока вновь прибывший накладывал себе нехитрую снедь, я прилежно уничтожала уже приготовленные продукты. Желудок у меня маленький, можно сказать, крохотный, а организм растущий, вечно сил требующий. Ох, это мясо, как оказалось, не настолько гадко, как мне подумалось с первого взгляда. Да и лучше я им закушу, чем кашей сладкой снова и снова давиться буду.

За столом тем временем замолчали, и, понимая, что неспроста тишина мертвая установилась, я недоуменно подняла глаза от тарелки. Что? Что они на меня так смотрят? Прожевав кусок, что в рот положила, благовоспитанно поинтересовалась:

– Простите? Вы что-то сказали?

– Марфа, вас дома совсем не кормят?

Васильковые глаза хозяина замка смеются, а серые, почти стальные, его главного охранника, смешинками искрятся.