Госпожа Иво. Драконья песня

А шуму-то было! Тут же с треском открылась дверь, громко отскочив от стены и взбешенный Иса, влетел в ванную комнату: – Что здесь происходит?

Инга склонилась в поклоне, а Анна попыталась прикрыться волосами, раскрыв от страха свои глаза: «Он что слышал ее болтовню? А как это можно? Он что подслушивал? Нужно спасать девочку, убьет ведь и даже глазом не моргнет», – покачала головой, не отрывая взгляда от дракона, а он страшный, красный от злости и кулаки сжаты, зубу сцеплены, волосы растрепаны. Ну, зверь.

Инга что-то пролепетала, а Иса уже указывал ей на дверь: – Вон пошла, там тебя уже ждут.

– А как же барышня? – пискнула девушка, но под суровым взглядом дракона выскочила из ванной комнаты.

А Иса проводив служанку взглядом, а потом просил Анну, уже меняя тон и даже взгляд: – Сама помоешься или помочь?

Анна стоя обнаженная в ванне, сейчас меньше всего хотела чтобы ей помогали, потому энергично закивала и прикрылась руками, ну как могла. Иса окинув ее долгим тяжелым взглядом, не настаивал: – Эта паршивка растрепала по городу, что я плохо с тобой обращаюсь, придется продать ее в дальние земли, пусть там рассказывает, как долог у нее язык.

Анна с ужасом наблюдала, как тяжелым шагом выходил Иса, как осторожно прикрыл дверь, даже не взглянув на нее, и опустилась в воду: «Да, жить госпожой тяжело, слугой еще тяжелее. Но переходивший путь своему господину слуга – будет наказ вдвойне, не все могут смириться с его длинным языком. Но мне одной не справиться.

Даже если Инга была болтушкой, мне нужна служанка. Не будет же он сам мне прислуживать? Или будет?» – а потом страх, что будут разбирательства с ее родственниками и они еще могут потребовать ее назад, заставил ее всю сжаться. – «Надо было законы изучать, а не историю», – возмущенно залепила она себе мысленную затрещину, и начала мыться с ожесточением, будто не себя скребла, а братьев и отца.

А дракон пытался разобраться в том, что натворила его служанка, стоя перед Араналом в гостиной: – Что там с ее родственниками?

Аранар держал в руках небольшую записку из окружного суда: – Я только не понимаю, как они так быстро узнали?

– Эта паршивка, – он указал на Ингу, стоящую на коленях в центре гостиной, – оповестила их в тот же день.

Как только успела? – один шаг и вот Тогошши уже наклонился к девушке, на лбу выступили черные чешуйки, а в руках загорелось черное пламя, готовое сжечь девушку заживо.