Охота на ведьму, или Одно сердце на двоих

Две сестры, одна темная как ночь, вторая светлая как день, одна похожа на отца такая же строгая, сильная, вторая копия матери: нежная, добрая. Отец их называл: «мои девочки: день и ночь». Алаи повернулась к незнакомцам, и встретилась взглядом с черными глазами колдуна, тот снимал капюшон, пронзая взглядом девушку, и пытаясь улыбнуться миловидному личику. Молодое лицо наемника или бывшего солдата улыбалось, пытаясь достучаться до сердца девушки, показать свое расположение и добрые намерения. А Алая видела лишь миловидное личико и хотела лишь вернуть старые добрые времена, где она была окружена любовью и заботой братьев, она устала от всего того что происходило сейчас в ее жизни.

***

Дарая проснулась от криков и запаха дыма, выбежав из комнаты, она влетела в спину стоящего перед ней мужчины. А дальше был ужас, который она потом пыталась забыть, вычеркнуть из памяти. Ее руки перехватили и выкрутив их, связали за спиной. Когда ее вырывающуюся, в длинной ночной сорочке, с распущенными волосами, практически внесли в главный зал, она увидела на коленях черноволосого колдуна с жезлом, сидящего на месте когда-то принадлежащего ее отцу – сестру, испуганную, длинные волосы волнами спускаются на ее грудь, с открытым воротником, с оголенной шеей почти открытой грудью и мужская рука у нее на животе.

Она с ужасом смотрела в серые глаза Алаи и видела там страх.

«Вот кто им открыл ворота. Что же ты наделала сестренка?» – Дарая так хотела закричать, вырваться и отбить этому лапающему ее сестру гаду все руки и ноги заодно, она уже придумывала способ развязать узлы на руках, когда ее поставили на колени и склонили ее голову положив на ее плечи меч.

– Вот видишь госпожа, все не так уж и страшно, – послышался голос колдуна. Алаи заскулила на его коленях, вцепившись в платье, когда он ущипнул ее за бок, а Дарая заскрипела зубами от злости.

– Что вы хотите?

– Мы хотим эту землю и этот замок. Ну и вас в придачу, – смех разорвал тишину зала, в дальнем углу заплакали дети, а женщины под тяжелыми взглядами незнакомцев только сжали руки, прижимая малышей к себе.

Дарая из-под опущенных ресниц оценила обстановку, пятнадцать мужчин, а ведь у ворот их было всего пятеро, в зале сейчас лишь женщины и дети, стариков видно убили, или держат где-то. Сейчас они все самое слабое звено в этом мире.

– Хорошо, она ваша. Отпустите нас, – подняв голову, даже несмотря на то, что меч давил на ее плечи, сказала Дарая, глядя в глаза сестры.