Выбор дракона

Номер был незнакомый, и Ермоленко несколько секунд раздумывал, стоит ли отвечать, а потом всё-таки нажал на приём.

– Вов, это я! – раздался в трубке бодрый голос Максика. – Мой телефон у Женьки, Женькин – у Персиваля. Перси готовит ловушку для Беши, а я сбежал из плена, так что всё в порядке.

– А Женька? Он тоже у Персиваля? – хмуро поинтересовался Вовка.

– Нет, он… – в телефоне повисла пауза. – Он потерялся.

– Как?

– Вов, я работаю над этим. Я его найду, не переживай, ладно?

– Он что, сбежал?

– Вов, линия ненадёжная.

– Кто это был? – озабоченно поинтересовался Кот.

– Макс. Операция отменяется. Давай найдём твоего брата, по дороге всё расскажу, – Вовка сунул под тарелку деньги и поднялся.

Заказчик

– Твоё перемещение сквозь стену меня напугало, – признался Горыныч, когда они миновали тамбур и вышли из дубовой двери, которая, как и предполагал Женька, вывела их в каморку начальника Башни.

– Мой особый секрет – инстинкт самосохранения, – буркнул Женька. – Зачем ты сказал ему про шкаф?

– Я хотел внушить ему, что он ничего не видит.

– А я привык рассчитывать только на свои силы.

– Володька такой же, да, – Горыныч, войдя в комнату за занавесом, тут же направился к висящему над плитой шкафу и стал вынимать из него пачки печенья, кульки с конфетами и баночки варенья.

– Я не ем такое, – хмуро напомнил Женька, усаживаясь на диван и положив своё оружие на колени.

– Всё время забываю! – всплеснул руками старый дракон. – Сейчас посмотрю, может, у меня где-нибудь завалялась консервированная тварь.

С этими словами он ушёл за ширму, и оттуда донеслись звуки передвигаемых предметов, хлопающих дверок шкафов и шуршание бумаги.

– Как выйти из Башни? – продолжил расспрос Женька.

– Никак. Вернее, тебе никак не выйти, – кряхтя, отвечал Горыныч. – Вход и выход один – главные ворота, которые сейчас усиленно охраняются стражей.

– Но Беша как-то сбежал…

– Сукин сын невероятно везуч! Если бы я знал, что этот парень такой прыткий, я бы… – грохот упавшего предмета заглушил последние слова Горыныча.

– Убил бы его? – закончил его мысль Женька.

– Нет, зачем.