Год дракона

Я подошёл к брату в надежде, что он подскажет, что делать, или поможет справиться с кровотечением, но Вовка только произнёс:

– Прости, я не хотел доводить до этого.

– Где там твои раны? – в комнате появилась Шу, держа в руке какую-то палочку, похожую на сладкую соломку. Взяв зажигалку, хозяйка подожгла край палочки и направилась ко мне. Я невольно попятился: ещё одна порция боли была лишней в сегодняшней программе.

– Не верю, что он твой брат, – пожаловалась Вовке девушка и ухватила меня за плечо. Я понял, что теперь сопротивляться бесполезно, и приготовился вынести новую мучительную процедуру.

Но когда Шу прикоснулась дымящимся концом палочки к ране, я не ощутил боли – только приятную прохладу и лёгкое пощипывание. После прижигания кровотечение остановилось. Закончив обрабатывать раны, Шу потушила странную палочку, сунув её в рот, а потом снова вернулась в кресло.

– Можешь одеваться, – на ходу бросила она.

– Когда он сможет выбрать себе знак? – деловым тоном спросил Вовка.

– Можете прямо сейчас заехать.

Я позвоню и предупрежу, – Шу закинула ногу на ногу, с вызовом глядя на моего брата. Всё-таки её сильно задевало, что он с ней вежливо-прохладен.

– А ритуал?

– Я позвоню.

– Мы ограничены во времени. Через неделю нам надо уехать.

– Я не принадлежу себе настолько, чтобы исполнять каждую прихоть приезжих, – отрезала Шу.

– Это не прихоть, это пожелание, – сдал назад брат. – Я понимаю, что ты очень занята, но вдруг у тебя получится устроить всё завтра или послезавтра…

– Мне нравятся напористые парни, но ты же прёшь как танк, – Шу повела бровью.

– Меня не зря зовут Спецназом.

– Дурацкое прозвище. Оно совершенно не для тебя, и ты знаешь, по какой причине.

– Тогда я жду звонка? – Вовка поднялся.

– Жди, – Шу одарила его выразительным взглядом. – Дверь найдёте?

– Приятного вечера, – улыбнулся брат.

– До свидания, – промямлил я.

Мы вышли в коридор, молча оделись и покинули квартиру, захлопнув за собой дверь.

– Она та ещё стерва! – сказал я, когда мы ехали в лифте.

Вовка усмехнулся уголком рта.

– И она на тебя запала.

Брат закатил глаза и помотал головой:

– Где она – и где я! Ты не понял разницу, я вижу.

Знак

Перемещаться по центру Москвы днём было чрезвычайно затруднительно, мы то и дело останавливались на светофорах и по два часа пропускали пешеходов, а когда Вовка решил срезать дорогу дворами, то мы упёрлись в тупик из-за ремонта большого участка улицы.