Юмористические рассказы

Заметив, что его приветствие не имело никакого успеха, Дима, для смягчения, пустил в ход нейтральную фразу, слышанную еще утром:

– Я с мужчинами не христосуюсь.

– Ах, как ты их этим огорчил! Сейчас пойдут и утопятся.

Разговор явно не налаживался.

– Где были у заутрени? – уныло спросил Дима.

– А тебе какое дело?

Самое лучшее для Димы было бы уйти в детскую, но… между столовой и детской были две неосвещенных комнаты, где всякая нечисть могла схватить за руку.

– А у нас пасхи сегодня хорошие.

– И нацепи их себе на нос.

– Я не боюсь пойти через комнаты, только там темно.

– А я тоже вот одному мальчишке взял да и голову отрезал.

– Он был плохой? – холодея от ужаса, спросил Димка.

– Такая же дрянь, как и ты, – прошипел гость, с вожделением оглядывая облюбованную на столе бутылку.

Где-то вдали послышался голос мамы.

– Да… такой же был, как и ты… Хорошенький такой, прямо дуся, такая, право, малая козявочка…

Голос мамы удалился и затих.

– Такая козявка, что я бы ее каблуком – хрясь!.. В лепешку дрянь такую. Пошел вон! Иди! Или тут из тебя и дух вон!

Дима проглотил слезы и опять кротко спросил, озираясь на темную дверь:

– А у вас пасхи хорошенькие?

– Чихать мне на пасхи, – я мальчишек ем, таких, как ты.

И вдруг – голос мамы, совсем близко:

– А куда это мамин сын задевался?

– Мама!! – взвизгнул Димка и зарылся в шуршащую юбку.

– А мы тут с вашим сынком разговорились.

– Он вам не мешал спать? Разрешите, я только уберу все со стола, а там спите сколько хотите.

– Да зачем же убирать?…

– А к вечеру опять накроем.

Гость уныло опустился на диван и вздохнул, шепнув самому себе под нос:

– Будь ты проклят, анафемский мальчишка! Из-под самого носа увел бутылку.