Всеобщая история, обработанная «Сатириконом»

Как историк и гражданин он занимал резко самодержавно-православные, охранительные позиции; взгляды свои он неустанно пропагандировал – в частности, в газете «Кремль» (с 1907 г. – «Кремль Иловайского»), которую издавал на собственные средства. В последние годы жизни Д. И. Иловайский впал в тяжелый антисемитизм, в частности, видел в событиях 1905–1907 годов «жидовские происки», а деятельность революционеров и сочувствующих им оценивал не иначе как «поработительное еврейское движение». В его сочинениях той поры не были редкостью фразы вроде: «Евреи стремятся густым мертвящим, паразитным слоем налечь на все государство и высосать все соки из коренной народности».

К моменту выхода «Всеобщей истории, обработанной „Сатириконом“» в памяти читателей и авторов этой книги наверняка ясно сохранилось то, с каким размахом отмечалось в ноябре 1908 года пятидесятилетие научной деятельности Д. И. Иловайского. Приветственные телеграммы от научных обществ и музеев, влиятельных уважаемых коллег, безусловно признававших его неоспоримые заслуги перед отечественной историографией и образованием, буквально потонули в том потоке поздравлений, которые слали ему, в том числе публично, через прессу, представители Русской монархической партии, Русского собрания, Союза Михаила Архангела, Союза русского народа, фракциии правых Государственной думы и прочих радикально националистических, а то и вовсе погромных организаций.

Понятно, что фигура Д. И. Иловайского, ассоциировавшегося с самыми гнусными явлениями тогдашней русской жизни, не могла не вызвать отвращения у авторов «Сатирикона» и тех читателей, что разделяли их политическую, общественную и эстетическую позицию.

Вместе с тем прямая критика его взглядов и деятельности в исполнении сатириконцев была бы уже прямой политической сатирой, что уже едва ли было возможно в те годы. Не имея возможности непосредственно высказать отношения к идеям Иловайского, сатириконцы прошлись по его учебникам. Таким образом, логично предположить, что «Всеобщая история, обработанная „Сатириконом“» была для сатириконцев очередной попыткой быть «максимально современными и злободневными», и уж совсем неправильным было бы проводить этот художественный опыт по линии «чистой юмористики». Скорее это было продолжением сатиры – другими средствами.

Опыт коллективного сочинения «Всеобщей истории…» оказался впоследствии для сатириконцев очень ценным и важным.