Месть Лауры Майнгрэв

Разве любовницы не делят супружескую постель с женой, частенько оставаясь ее лучшей подругой?

Тогда Нэнси страшно испугалась. Она подумала, что муж знает все, хотя он и не имел в виду ничего такого. Но, как известно, на воре шапка горит. Именно она была любовницей его друга и подругой его жены, хотя при любом удобном случае поносила ту последними словами, считая полной дурой, скрягой и грязнулей. Да, Нэнси умела набить себе цену. Она умела играть благородство, выуживать нужные сведения и плести интриги. А как она умела сочувствовать, втираясь в доверие! А потом в нужный момент нанести удар по обнаженной человеческой душе, если этого требовали ее интересы!

А Рой? Да он просто плюнул ей в лицо.

Безжалостно, ядовито, грязно. Нет, ничего их не связывает, любовью здесь и не пахнет. Есть просто постель и, вероятно, какой-то интерес, а того, к чему она так безудержно стремилась, нет. Это не для нее, она это потеряла, давно, безвозвратно, навсегда.

Злость, обида, ненависть душили Нэнси. Она выскользнула из постели и наотмашь ударила Роя по лицу.

– Подлец, – растирая по щекам слезы, закричала она. – Вы все – мерзавцы, грязные свиньи. Ты такая же мразь, как остальные! Ты переспал со мной, а теперь вытираешь об меня ноги. Скажи, что тебе нужно?

Рой грубо отшвырнул ее от себя.

– Паршивая сучка, – рявкнул он, – да ты чуть ли не публично лезла мне в штаны и приволоклась сюда на всех парах. Я давно понял тебя. Тебе скучно, молодость прошла, а ты не перебесилась. Ведь ты привыкла считать себя самой лучшей, самой дорогой женщиной! Не говори, что это не так, – он гневно блеснул глазами, – это так.

А обожателей нет. Ты думаешь, что не отразима? Не обольщайся! Годы ушли. Ты постарела и теперь ищешь очередную жертву, в которую можно вцепиться намертво. Имей в виду – я не гожусь на эту роль!

– Мразь! – Нэнси просто задыхалась от злобы. – Ты еще пожалеешь об этом, пожалеешь! – Она кое-как оделась и уже на выходе бросила Рою в лицо:

– Ты скоро об этом пожалеешь, я превращу твою жизнь в ад, слышишь, в ад!

– Ну, это мы еще посмотрим, – крикнул ей вслед Рой, – я не из пугливых! И не боюсь великосветских шлюх!

«Кажется, я все испортил, – подумал он, когда услышал звук отъезжающей машины.

 – Она просто вне себя от ярости. Ну, что ж, пусть думает, что я такой же телок, как ее муженек. Пусть орет».

Зато теперь она будет вести себя потише, по крайней мере, оставит его в покое. Она, конечно, может напакостить ему, но он свободен.