Мидавиада

– Что там? – окликнули откуда-то спереди. – Щенок проснулся?

Человек прищурился, давая глазам привыкнуть к полумраку, потыкал кулаком мешок, от чего в лицо Селене впилось несколько соломинок, и пропел фальцетом:

– Спит! Болтает во сне.

– Пускай болтает! – хохотнул тот же голос. – Мне говорили, он не проснётся до самого Туфа.

Тент снова опустился, и внутри повозки сделалось мрачно.

– Слышал? – шепнула Селена. – Я была права: нас везут в Туф.

– Чему ты радуешься, хотелось бы знать?! – просипел Зебу.

Вовсе она не радуется! Родители, должно быть, уже с ума сходят. Казлай нажил язву. Даже Кот кусает локти или что там у него? Хотя Коту это, пожалуй, пойдёт на пользу. Будет знать, как обманывать!

Только вот Селене это уже не поможет. Если мидавы обнаружат её в повозке, то попросту убьют. Зебу им нужен. Она – нет.

– Я им нужен, – подтвердил её опасения мидав.

– Думаешь, это связано с дядей Заком? – Селена постаралась придать голосу невозмутимости, но тот всё равно предательски дрогнул.

– Помнишь, как мы возвращались из Гарцова? – зашипел Зебу. – Я тогда чуял…

– Ты ещё сказал, что дядя Зак в тюрьме. С чего это?

– Не знаю. Там были каменные стены, и решётки, и ветер…

– В тюрьме не бывает ветра!

– Там был.

– Значит, это была не тюрьма!

– Это была тюрьма!

– Откуда ты знаешь?

– Знаю и всё!

– Если дядя Зак в тюрьме, то зачем им ты?

– Скоро выясню. А ты беги! Я им нужен. Ты – нет.

Иногда казалось, будто Зебу умеет читать её мысли.

– Знаю, сейчас это кажется невозможным, но мы что-нибудь придумаем, – сказал Зебу. – Придумаем обязательно! Я никогда тебя не брошу, помнишь?

Селена вымученно улыбнулась, но Зебу вряд ли заметил это в полумраке повозки. Он никогда её не бросит, но ведь и она никогда не предаст своего единственного друга.

В носу защипало, как бывает, когда думаешь о чём-то возвышенном или невозможно трогательном. В такие мгновения друзья кажутся воплощением всех добродетелей, враги – скопищем пороков, цели – благородными, борьба – важной и справедливой.

Шамшан с пленниками не церемонится, а помощи ждать неоткуда. Никто не может и вообразить, в какой переплёт они попали.

Думать об этом не хотелось. Селена съёжилась, с головой завернувшись в плащ. Будь, что будет! Если набраться мужества, можно пережить и самые тяжёлые времена, ведь всё плохое когда-нибудь кончается.