Мидавиада

 – Почему ты так смотришь? Думаешь, я должна вернуться?

Миртеллион не отвечал. Хмурил брови, щурился. Ну и физиономия!

– Я не могу, понимаешь?! – попыталась оправдаться она. – Что я стану делать, если попаду во дворец? Меня тут же схватят, посадят в клетку, как Зебу. Мы пропадём оба!

Аграт Велссим смотрел по-прежнему строго.

– Я могу попытаться отыскать Вольное племя, – Селена отчаянно искала решение. – Найду серую Эли, её семью. Они уже помогли нам однажды. Помогут и сейчас. Что скажешь?

Миртелион не сказал ничего.

– Ладно, – сдалась Селена. – Я возвращаюсь. Только, знаешь что? Ты идёшь со мной! Если погибнем, то вместе.

Лицо Аграта сделалось встревоженным. Селена впервые испытала злорадство:

– Да-да, пойдёшь! И не отлынивай! В конце концов, это твоя идея. Мне бы только переодеться. Этот плащ слишком приметный. И вообще… Нужно что-то поскромнее, попроще…

– Это подойдёт?

Селена вздрогнула и обернулась. Каким-то непостижимым образом Рума Вейзес неслышно прокралась в комнату, и теперь стояла у неё за спиной, держа в руках залатанную накидку из грубой серой шерсти.

– Я кое-что подслушала, – сказала она извиняющимся тоном. – Если тебе нужна неприметная одежда, это будет в самый раз. Плащ страшненький, но тёплый – не замёрзнешь.

– Спасибо! – пролепетала Селена. Больше сказать было нечего.

Она свернула портрет в трубочку и положила на стол, но Рума замотала головой:

– Возьмёшь его с собой. Он должен принадлежать владельцу.

– Аграту Велссиму?

– Конечно. Когда встретишь его, передай, что вдова Шости Вейзеса благодарна за то, что он сделал и за то, что пытался сделать.

– Почему вы думаете, что я его встречу?

Рума пожала тощими плечами:

– Хорошие люди обязательно встречаются.

Поднявшись, Селена сняла подаренный Вилмой плащ:

– Если хотите дать мне вашу накидку, то возьмите взамен мою. Это ливарийское сукно, оно стоит…

– Не нужно говорить мне, сколько оно стоит, – слабо улыбнулась женщина. – Я – портниха, сама всё вижу. Оставляй.

Плащ из ливарийского сукна

Проводив девочку, Рума взяла оставленный ею плащ. Погладила нежнейшее ливарийское сукно, пуговицу из полированного хрусталя, атласный подклад. Вещь была добротная, дорогая. Миате Ромаро такая и не снилась. Рума вздохнула. После аккуратно свернула плащ и положила его в камин, прямо на тлеющие угли.

Призрак Арвеллы

Вернуться на площадь Мечей оказалось даже проще, чем сбежать оттуда.