Любовница

Дмитрий достал бутылочку шампанского, шоколад и фужеры:

– Видишь, даже фужеры купил по дороге к тебе.

Анна была счастлива, она вдруг разглядела в своем собеседнике образ того мужчины, который создавала в своем сознании долгое время. Он нравился ей, нравился этот романтичный вечер и морозный воздух, и белая пелена снега вдали. Она будто бы впервые полюбила зиму, ее светлые нежные краски и звезды, мерцающие на чистом небосклоне.

– За встречу мы выпили, за мой приезд из командировки тоже, за удачу тоже… Давай, выпьем за тебя, – более серьезным тоном говорил Дмитрий.

 – Ты прекрасна. Ты такая красивая, настоящая.

Шампанское лилось рекой, они смотрели друг на друга влюбленными глазами, Анна, немного повеселевшая, чувствовала, как сердце ее трепещет. Взгляд Дмитрия будто проникал в ее душу и читал ее мысли.

Она молчала, но глаз не опустила. Смотрела на него смело, надеясь увидеть ответы в его глазах.

Дмитрий приподнял бокал, сделал жест, который означал  "на брудершафт", Анна поддержала его.

Они выпили шампанское до дна и поцеловались. Повинуясь своим чувствам, наслаждались долгим, ответным поцелуем.

После двух бутылок двенадцатиградусного алкоголя Анна таяла от наслаждения в руках долгожданного возлюбленного, и от себя ей некуда было скрыться. Она не думала ни о чем, неутолимое желание быть в его объятьях еще больше и дольше затмило весь разум. Она ждала этого мгновения в глубине своей души, она хотела этой близости. Она чувствовала, что любима, что желанна; искушая непорочную, романтический вечер уводил ее в мир сказочной любви.

"Так бывает, люби", – подсказывало сердце, и она с ним не спорила.

Повинуясь ему, она обо всем забыла и не хотела ничего вспоминать.

Он – ее любовь. Он с ней, она нужна ему. Он любит ее, и она рядом с ним. Она хотела этого – быть любимой и любить самой.

Шампанское сыграло свою роль, Анна была пьяна, пьяна любовью. Любовью сказочной, ненастоящей, неправильной, но такой сильной и необходимой, как воздух, как вода.

Дмитрий держал ее в объятьях бережно.

И будто только сейчас он смог почувствовать ее душу, она ему открылась, она ему уже отдавалась. Обнимая за талию, он прижимал ее к себе. Он слышал ее дыхание, оно сливалось с музыкой. Он испытывал неудержимое чувство владеть ею, проникнуть в ее сердце, чувствовать его биение и согласие на повиновение. Он целовал ее шею, плечи, она тонула в глубине его чувств и растворялась в них.

Анна распустила волосы, они рассыпались по плечам.