100 лет без любви

А черемуха за окном казалось именно такой – чудовищем, что только и выжидает время, чтобы напасть на меня. Впереди чернеют не менее жуткие проемы в зал и спальню. Дверей у нас никогда не было. Дом спроектирован так, что коридор плавно перетекает в кухню. Из него же через арки проходишь в зал и бабушкину спальню. Есть еще одна комнатка, которая считается моей. В нее попадаешь уже из зала через такую же небольшую арку. И раньше я никогда не задумывалась, хорошо или плохо отсутствие дверей. А сейчас за пределами коридора, в темных углах, мне чудились монстры, что покинули столетние норы и поджидают меня – невинную жертву.

От страха я покрылась липким потом и чувствовала себя больной. Каждый шаг давался с трудом. Умом понимала, что нахожусь дома – в самом безопасном месте, где все знакомо и привычно с детства, но что-то случилось с моей психикой, вдруг сделав ее неустойчивой. Одна мысль сверлила мозг – случись что с бабушкой, я останусь совсем одна.

К тому моменту, как я добралась до шкафа, свет уже горел в кухне, зале и бабушкиной спальне.

Страх немного отступил, и я смогла раздеться. Не успела я подумать, чем же занять себя, чтобы отвлечься от грустных мыслей, как раздался громкий стук в дверь. Вторил ему голос подруги детства, живущей подо мной, Наташи:

– Женька, открой! Ты вызывала скорую? Что случилось? – спросила она, вбегая в квартиру.

– Бабушка заболела.

– Что-то серьезное? Ее увезли?

– Говорят, воспаление легких. Мне не разрешили поехать…

Тут я почувствовала, как предательские слезы застилают глаза.

Отвернулась и пошла в комнату, предоставив Наташу самой себе.

– Эй, ты чего? – опустилась она рядом со мной на старый скрипучий диван. – Воспаление легких – не конец света. Вылечат…

– А возраст? – шмыгнула я.

– Да у тебя бабуля еще совсем не старая. Сколько ей – шестьдесят?

– Шестьдесят пять.

– Все равно еще не старая и довольно крепкая. Поправится. Завтра вместе навестим ее.

Наташа обняла меня за плечи и ждала, пока я успокоюсь.

Хорошая она, верная. Мы дружим с самого рождения. Вместе ходили в ясли, потом детский сад. Потом одиннадцать лет в школе. В прошлом году она поступила в политех на строительный факультет, а я пошла работать, чтобы помочь бабушке. Учиться решила заочно, только не определилась пока, кем бы хотела стать.

Нас с Наташей еще здорово сближало то, что обе мы считали себя сиротами. Она жила с отцом. Мать ее давным-давно погибла – ее сбила машина прямо возле нашего дома.