Беглый жених, или Как тут не свихнуться

– Так будет надежнее, – отошел он от меня на шаг. Я же зажмурилась, когда увидела его гениталии прямо перед глазами. Урод, извращенец, козлина дикая!.. Как только еще я не назвала его, пока не сообразила, что насиловать меня он не собирается, и не услышала звук задвигаемой занавески. – Мыла у тебя нормального нет, мочалки тоже. Чем ты моешься, девушка?

– Тем же, чем и все нормальные люди, – нашла в себе силы ответить я и подергала руками за спиной. Да уж, связал он меня знатно. Выпутаться не получится.

Пара злых слезинок скатилась из глаз, но плакать я себе запретила. Жива, и на том спасибо!

– Единый создатель! Вентили, суррогаты, консерванты… Как вы так живете, люди?..

По всей видимости, это он говорил не мне, а себе. И слава богу, замолчал, стоило хлынуть воде. А потом развел такую бурную деятельность, пофыркивая, отплевываясь и бормоча под нос что-то слабо напоминающее песню, что мне еще сильнее захотелось сбежать, была бы такая возможность еще. Подумать только! Я сижу на корзине с грязным бельем, прикрученная к батарее, а у меня в ванне совершенно посторонний, да к тому же, абсолютно дикий мужик.

Дожили, называется. Уж лучше бы я сидела и дулась на друзей там же, на озере, чем поперлась искать приключения на свою пятую точку. Ну и мне было ужасно страшно. Несмотря на то, что пока он меня и пальцем не тронул, не считая того, что прижимал к своему обнаженному торсу, я не знала даже примерно, чего ожидать от него дальше, и как скоро он собирается убраться из моего дома.

За невеселыми размышлениями я проследила момент, когда голос моего пленителя стих, и вода перестала бежать. Потому и не успела морально приготовиться, как он снова предстал передо мной во всей своей голой красе. Тут уж и мое упрямство активировалось. Если он хочет трясти передо мной своими прелестями, то почему бы мне не поразглядывать его вволю. Силен, ничего не скажешь – каждая мышца на своем месте. Высок, для меня с ростом чуть ниже среднего, так даже слишком. Смуглый, как будто с югов только вернулся, где коптился не меньше месяца, не вылезая с пляжа.

И какие же у него черные волосы и глаза, чернее смолы!

– И тут синтетика, – донеслось до меня, а потом я скользнула взглядом на его презрительно скривившееся лицо. А синтетикой он назвал мое махровое полотенце, которым и обматывался в данный момент.

– Какая еще синтетика?! – невольно возмутилась я. – Это полотенце мне привезла подруга из Турции. Натуральная махра.