Брак по просчету

Днем… А вечером они частенько превращаются в пацанов-переростков. Вот именно! – переростков. Именно в этот момент Антон понял, что не желает больше быть таким. Но и выпить отчего-то хотелось ужасно. Одному набираться и дома было как-то не комильфо. А это значило, что бар ему в помощь. И таковой имелся неподалеку.

Глава 2

Лиза плакала уже больше трех часов, а поток слез все никак не останавливался. Еще с утра все было нормально, а после обеда, когда вернулась из института в общагу, все резко изменилось – в ее жизни наступила черная полоса.

Жизнь Лизы закончилась, толком не успев даже начаться!

Помощи ей ждать неоткуда и меньше всего от родителей.

Институт теперь придется бросить, а значит, и из общаги ее выгонят.

Домой она вернуться не сможет, родители проклянут.

И выход у нее один – с моста на дно бурной реки.

От последней мысли Лиза похолодела, а потом обругала себя же мысленно. В декабре с моста? Ну если она хочет разбиться о толщу люда, то вперед. Тогда как? Наглотаться таблеток? Порезать себе вены? Нет, не получится – для этого нужна ванна, как показывают в кино, а у них в общаге есть только душевая.

Повеситься, может? – всерьез задумалась Лиза. А потом сама же представила себя висящую посреди комнаты, и содрогнулась от ужаса. Говорят, у повещенных лица перекошены и синие, язык вываливается изо рта. А еще в момент удушья расслабляется сфинктер и…

– Фу! Какая гадость!.. – всхлипнула Лиза и следом залилась еще более горькими слезами. Получается, даже руки она наложить на себя не сможет.

В комнате Лиза жила с подружкой и одногруппницей – Ирой. Но сейчас ее не было – задерживалась в институте, на консультации перед зачетом. Сама Лиза с консультации сбежала. По пути в общежитие зашла в аптеку и купила все необходимое. И сейчас вот получила неопровержимые доказательства собственного падения.

Она так и уснула вся в слезах. А разбудил ее хлопок двери.

– Ой! Ты спишь? Прости, что разбудила, – кинула Ира на вешалку куртку и пинком отправила в угол уги.

 – Хотя, в такое время спать уже нельзя. А что у тебя с лицом? – пригляделась к Лизе. – Ревела, что ли?

– Оплакивала свою никчемную жизнь, – кивнула Лиза.

Плакать больше не хотелось – наверное, выплакалась она на десятилетие вперед.

– А чего так? – распахнула Ира холодильник. – Понятно! У нас снова повесилась мышь, – тут же захлопнула его. – А жрать-то как хочется! – погладила себя по животу.

– Ир, я беременна…

– Может?.. Что? – уставилась на нее подруга.