Девичья память

Но как-то незаметно растеряла веру, что может быть счастлива. С мужчиной… Наверное, поэтому всю себя отдавала работе.

– А чего ей будет? – хохотнул Дима, отвлекая ее от грустных мыслей.

Нина даже не сразу сообразила, что он это про Америку, отвечает на ее же вопрос.

– А ты все продолжаешь грызть гранит торговли?

Такие вопросы вошли уже у них в привычку, как стандартная процедура приветствия. Диме нравилось подкалывать Нину, как она подозревала. Она в свою очередь не обижалась, но и в долгу оставаться не собиралась.

За годы, что он рядом с Соней, Нина привыкла к нему, как к родному. Да и он неплохо ее успел изучить. Знал, что шутить можно над всем, кроме личной ее жизни, которая незаметно перешла в раздел табу.

– Хорош болтать ерунду! Иди уже, работай! – выглянула из кухни Соня. – А ты долго еще перед зеркалом стоять собираешься? Чай остывает…

Кухня в Сониной квартире была самым любимым местом Нины. Небольшая, заставленная мебелью и всякой техникой, она несмотря ни на что выглядела настолько уютной, что каждый раз жаль было покидать ее.

У Нины тут даже собственный стул имелся – между холодильником и столом. Соня, смеясь, называла его почетным местом для дорогих гостей.

Чай дымился в больших керамических чашках на столе, покрытом скатертью с удивительной расцветкой. Удивительной, потому что Нина никогда бы не подумала, что разные по величине сечения дерева на неравномерном коричневом фоне, могут так красиво выглядеть и до такой степени оттенять бежевую мебель. Она бы такую скатерть не купила никогда.

Но Соня обладала даром – умением сочетать несочетаемое, делать все вокруг себя красивым.

– Ну, рассказывай, что у тебя стряслось? – велела Соня, ставя на стол вазочку с печеньем и початую коробку конфет. – Нет! Сначала расскажи про мамонта, которого встретила.

– Не мамонта, а динозавра, – рассмеялась Нина, вспомнив степенного мужика и его средний палец.

Рассказ не занял много времени. Смеялись они раз в десять дольше. Да так громко, что пришел Дима, проверить, все ли у них в порядке.

Малыши тоже забегали в кухню, но Соня их прогнала полотенцем, которым вытирала слезы.

– Господи, – сказала Соня, держась за живот. – Бывает же такое!

– Да… – Нина отсмеялась немного раньше подруги. Она постепенно готовилась перейти к тому, ради чего и приехала.

– Ладно, ты же не развеселить меня пришла, – вмиг посерьезнела Соня. – Вижу, что случилось что-то плохое. Выкладывай уже…

– Случилось, – кивнула Нина. – Неделю назад.