Горничная для депутата

Можете накрывать на стол, Лилия Петровна, – сменил он гнев на милость.

– Полина Михайловна просила передать, что обедать не будет и ждет вас вечером на выставке.

Макс молча кивнул.

– Добрый день, – в столовую вошла Кира. Синее трикотажное платье сидело на ее изящной фигуре идеально, подчеркивая все достоинства, но не делая девушку вульгарной.

– Добрый, – отозвался Макс.

Его порадовало, что Кира не вышла к обеду в шелковом халате. Девушка понимает, что к месту, а что нет. Молодец, сообразительная.

– Садись, – кивнул он ей на стул напротив себя.

Она молча села. Он чувствовал ее напряжение.

– Голодная?

– Нет, – отрицательно качнула она головой.

В столовую вошла домработница и поставила на стол супницу.

– Лилия Петровна женщина суровая, но не страшная, – улыбнулся Макс. – Есть захочешь или еще что понадобится – говори ей, сделает. Не сделает – скажешь мне, я разберусь, – выразительно посмотрел он на Лилию Петровну.

Домработница метнула на Киру короткий пронзительный взгляд и подала ей тарелку.

– Спасибо, – Кира нерешительно взяла кусок хлеба.

Лидия Петровна вышла и закрыла за собой дверь. Мегера, каких поискать. Но мегера преданная, и, что самое главное, знает свое место. За это он и держит ее, как и ценит.

– Ешь, – кивнул Макс Кире.

Обедали молча. Домработница бесшумно меняла блюда, убирала со стола. Наконец, дошла очередь до чая.

– Черный или зеленый? – поинтересовался Макс.

– Все равно, – тихо ответила Кира.

– Я заварила черный, – заметила домработница.

– Надо было спросить. Завари мне зеленый с жасмином.

Кира сидела неподвижно и смотрела прямо перед собой. При этом она старательно не смотрела на него.

– Ничего спросить у меня не хочешь? – Максим отправил в рот шоколадную конфету.

– Почему вы привезли меня к себе домой? – она подняла на него бездонные голубые глаза.

– Потому что, как понимаю, идти тебе некуда. Будешь работать тут.

– Кем? – в ее голосе Макс уловил испуг и это его развеселило.

– Горничной.

– Устраивает, – быстро кивнула Кира. – Но вы же ничего про меня не знаете. Может, я воровка?

– Не похожа ты на воровку, – усмехнулся Макс.

– На кого же я похожа? – снова вскинула она глаза.

– На женщину, которую сильно потрепала жизнь.

– Зачем я вам? Потому, что могу подпортить предвыборную кампанию?

– Кто ж тебе поверит? У тебя даже документов нет. Хочешь верь, хочешь нет, но я добрый, – усмехнулся Макс.

Это прозвучало глупо.