Горничная для депутата

Машина тронулась с места, унося Киру в неизвестность.

Глава 2

– Бабуль, ты же умерла…

– Умерла, Кирюш, умерла, – закивала бабушка головой, отчего знакомо и смешно затряслись ее седые кудряшки. – И ты едва не последовала за мной, хоть и рано тебе сюда.

– Куда, бабуль? Ты мне снишься?

Они стояли посреди густого белого тумана, за которым ничего не было видно. Хотелось обнять бабушку, ведь Кира так долго ее не видела, но руки не слушались, не получалось пошевелить даже пальцем.

– Тебя не может здесь быть.

– О ерунде думаешь, – проворчала бабуля. – Снишься, не снишься. Может, не может… Какая разница? – нахмурилась она. – Вспомни лучше, что говорила я тебе, когда девчонкой еще была.

– А что ты говорила?

Вернее было спросить, чего не говорила ей бабушка. Когда-то, в далеком детстве, Кира очень любила вести с ней задушевные беседы за жизнь. Но бабушка умерла десять лет назад, а вместе с ней ушли и беседы.

– Про мужчин… Мужчина, ударивший женщину однажды, сделает это снова и снова.

– Да, говорила, – напрягла Кира память.

– И за такого ты вышла замуж, – укоризненно покачала бабушка головой. – Плохо ты меня слушала, Кирюша.

– Володя никогда раньше не поднимал на меня руку…

– Глупая! – прикрикнула на нее бабуля. – Насилие бывает не только телесное, но еще и словесное!

– Ну я же не знала…

Кира замолчала, замечая, как стремительно густеет туман, как закрывает он собой бабушку.

– Бабуль, подожди! – крикнула она.

Но ее она уже почти не видела, а слова бабушки не достигали ее слуха.

Сначала к ней потянулись руки, которые она не узнала. А когда из тумана выступил муж с искаженным от злости лицом, в точности такой, каким она его видела в последний раз, Кира закричала…

Проснулась она от собственного крика, отчетливо помня сон и каждое слово бабушки. В первый момент не поняла, где находится, но по белым стенам и потолку, как и по специфическому запаху осознала – она в больнице.

Палата была небольшая, одноместная. А вот как оказалась в больнице, Кира не помнила.

Кажется, ее сбила машина. Была ночь, и лил дождь. Она сильно замерзла и промокла до нитки, ведь из дома бежала в одном халате…

Кира приподняла одеяло и заглянула под него. Из одежды на ней не было ничего.

Натянув одеяло до подбородка, она снова напрягла память.

Она не помнит дороги, не заметила, как ступила на проезжую часть.