Горничная для депутата

Шкаф, вон, ломится от шмоток…

Подобное она слышала каждый раз, хоть и баловала себя редко.

И теперь у нее нет мужа, нет денег и нет жилья. И работы тоже нет. И что она будет делать, Кира понятия не имела. Судьба дала ей передышку, длинной в три дня, столько ее продержат в больнице. А куда она пойдет потом?..

Когда медсестра вкатила в палату сервировочный столик с завтраком, Кира поняла, что больница эта однозначно элитная. Вряд ли в обычной больнице на завтраки предлагают хрустящие круассаны, голландский сыр, джем из каких-то экзотических фруктов, йогурт, каких и в магазинах она не встречала… В больнице, где она лежала в детстве, на завтрак шмякали на тарелку половник водянистой манной каши с комочками.

В обед к ней снова заглянул врач, и Кира с замиранием сердца поинтересовалась:

– Скажите, а сколько стоит мое лечение и… содержание тут? – обвела она глазами палату.

– Не забивайте этим себе голову, красавица, – отмахнулся врач. – Все уже оплачено.

– Кем? – удивилась Кира.

– Тем, кто ждет за дверью.

Кто спас вас от переохлаждения и привез сюда, – улыбнулся врач отеческой улыбкой.

– А… кто он?

– А вот сейчас и познакомитесь. Он как раз интересуется, может ли нанести вам визит.

– Да-да, конечно! – села Кира поудобнее в подушках и превратилась в ожидание.

Стало вдруг неловко за свой вид в больничной пижаме, которую ей выдали по ее же просьбе. И волосы у нее в беспорядке, – бросила она взгляд на большое настенное зеркало. И лицо бледное. А глаза как у побитой собаки… Да еще и с синяками…

– Добрый день!

В мужчине, что вошел в палату, когда из нее вышел врач, Кира не узнала того, кто сбил ее вчера.

Вернее, кому сама она бросилась под колеса. Отдаленно знакомым показался голос. Да, вчера именно он успокаивал ее, когда нес на руках в машину, и обещал, что все у нее еще будет хорошо. А внешность его рассмотреть и возможности не было.

Он… пожалуй, красив, но какой-то грубой мужской красотой. Лицо такое… волевое и строгое. Даже немного не по себе стало под пронзительным взглядом серых глаз.

Волосы так коротко подстрижены, что придают его внешности что-то бандитское, из далеких девяностых. И даже легкая щетина его не портит, хоть больше всего в мужчинах Кира не любила небритость.

Мужчина был идеально сложен, с телом спортсмена. Широкие плечи, узкие бедра. Он походил на античного бога.

Под пристальным взглядом посетителя Кире становилось все более неуютно. Хотелось накрыться с головой одеялом.