Напротив друг друга

Сколько же у него друзей? И не слишком ли веселую жизнь он ведет? Как только умудряется еще руководить серьезным бизнесом? Впрочем, я понимала, что придираюсь к нему, даже не будучи с ним знакомой.

– Ладно, разберемся, – пробормотала я, понимая, что с каждой минутой все меньше рада гостю.

В конце концов, можно было бы устроить смотрины на нейтральной территории – в кафе или ресторане. Уж не разорились бы… И чего Дианке приспичило тащить его к нам домой? И тут я поняла, что комплексую. Стыжусь нашей скромной, хоть и трехкомнатной квартиры, полного отсутствия евроремонта.

Да и район у нас так себе – не центр и новый дом. Обычная пошарпанная хрущевка со двором ей под стать. Я-то любила и район, и дом. И мне совершенно не хотелось, чтобы кто-то от него воротил нос. И мало ли… Вдруг наше скромное положение оттолкнет этого Никиту от Дианы. Хотя, если так случится, то это и к лучшему будет, наверное. А если любит он ее по-настоящему, то на скромность нашего жилища он даже внимания не обратит.

– И не смей устраивать ему допрос, поняла! – строго предупредила меня сестра.

 – А то знаю я тебя…

Мы уже с Дианой начали накрывать на стол, когда проснулась мама.

– Девочки, да вы все сами приготовили! – умилилась она.

– Мамушка, так мы у тебя уже совсем взрослые, – обняла ее я.

Мамушка – так я ее называла, потому что очень хотела звать ее мамой. Но она ею не была. Маму мою звали Гулико, и умерла она, когда мне было пять лет. Очень смутно сохранился в памяти образ высокой красивой смуглой женщины.

И еще я помнила, что была она строгая.

После смерти мамы за мной приехал отец, которого в том возрасте я совсем не помнила. Они с мамой развелись, когда мне было два года. Он полюбил другую женщину, к ней и ушел. Такое в жизни тоже случается нередко, и отца своего я не осуждала. А потом у них и Дианка родилась. Так что, с сестрой мы были единокровные по отцу. Правда, сам папа умер, когда мне исполнилось семнадцать.

– Ой! Время-то уже!.. – посмотрела мамушка на часы и переполошилась.

 – Он же скоро придет, а мы не одеты. Девочки, ну принарядитесь… – побежала она наряжаться сама.

Лично я бы с удовольствием осталась в домашней одежде – и практичнее, и удобнее. Но мы же ждали прынца… Так и пришлось наводить марафет.

– Дианка, он с ума сойдет, когда увидит тебе! – ахнула я, когда в комнату вошла сестра.

Она у нас была не просто красивая, а про таких принято говорить «писаная красавица». Натуральная блондинка с редким платиновым оттенком.