Ну почему ты такой?..

Приступ жалости к себе прошел, денег на черный день у меня отложено не было. А потому и унывать я не имею права – руки в ноги и вперед! Завтра с утра пораньше. Уж продавцом куда-нибудь точно устроюсь, такие объявления повсюду висят. Конечно, если не сработает закон подлости и не закончатся все вакансии продавцов.

Мы заказали еще по бокалу пива, и разговор наш плавно перетек на моего брата. Миша знал про нас все, ну и ему я пожаловалась на Артема с особым смаком.

– Слушай, давай я батьку скажу. У него знакомый держит какой-то там хутор, у черта на куличиках, в глуши.

Отвезем туда твоего Темку и запрем. Насильно выбьем из него эту дурь. Я слышал, что там уже ни один нарик полностью излечился. Батя рассказывал, что его знакомый – суровый мужик…

– Миш, ну это же не бесплатно, да? – грустно посмотрела я на друга. – Как заработаю, так обязательно отвезем. Ну а пока… И молчи! – тут же прикрикнула, стоило Мише только открыть рот. – Ни ты ни твой батя платить за это не будут. Лучше поговори с Темкой по душам, по-мальчишески.

Да, мой брат зависим. Но еще я знала точно, что он меня любит. И он умеет держаться довольно длительное время, пока не случаются срывы, как вот сейчас. Я лучше всех понимала, что брату нужно серьезное лечение. Но бесплатный только сыр в мышеловке. И все же, я верила, что найду работу и вылечу брата. Ведь кроме него у меня больше никого не было на всем белом свете. Он, да Мишка вот.

– Добрый день! – неожиданно нарушило наш с Мишей диалог вмешательство извне.

Я и забыла, что столик рядом не пустует. А вот тому мужчине вдруг что-то от нас понадобилось. Он и вклинился в наш с Мишей диалог, подойдя к нашему столику.

– Для кого добрый, а для кого и нет, – хмуро взирал на пришельца Миша. Так-то он парень миролюбивый и общительный, а значит, мужчина ему сазу же не понравился, хоть и выглядел довольно презентабельно. Но и мне показалось, что есть в нем какая-то червоточинка. – Какие-то проблемы?

– У меня – нет, а вот у вас, как я понял, да, – ни капельки не смутился нарушитель нашего тета-тет.

Он еще и счел нужным улыбнуться, правда, одними губами, взгляд остался серьезным и немного колючим.

– А вы в курсе, что подслушивать нехорошо? – усмехнулась я, гадая, что же ему от нас нужно. Ну и репликой я задавила в зародыше конфликт, который, кажется, готов был разжечь мой верный друг.

– Поверьте, я не специально, – развел руками мужчина, – вы говорили довольно громко.