Обнажаясь для тебя

Плоский живот, переходящий в бедра. И где-то там, меж скрещенных ног прячется нечто сокровенное, что остается только представлять…

Макар тряхнул головой, прогоняя оцепенение. Но откуда?! Откуда тут такое совершенство? И почему он не может рассмотреть лицо этого чуда? Ведь половину его скрывает самая обычная маска. Не уродует, нет, но нарушает общую картину, делая натуру незнакомкой, далекой от реальной женщины.

– Дорогие мои, сделаем-ка перерыв! – раздался громкий и немного властный голос, сопровождаемый хлопками.

Макар чуть прикрыл дверь, чтобы не быть пойманным за подсматриванием. Он и раньше наблюдал за молодыми дарованиями, но сегодня отчего-то устыдился. – Нашей фее нужно передохнуть, – сообщила Лариса, подходя к возвышению. – Думаю, пятнадцати минут вам хватит? – с улыбкой обратилась к натурщице.

Та лишь кивнула, подобрала с пола белую ткань и закуталась в нее, оставляя открытыми плечи, щиколотки и ступни. Будущие художники принялись переговариваться, создавая в классе легкий шум. Но Макар не мог отвести взгляда от девушки, что легко спустилась с возвышения и скрылась за дверью, лишая его возможности и дальше любоваться ею.

За этой дверью, как он знал, находится небольшая комната, где преподаватели придаются чаепитию в свободное от уроков время. Туда, конечно же, он отправиться не рискнул, то был закрытый для него мир – творческое закулисье, как он его называл. Подавив вздох разочарования, Макар отправился туда, куда и шел раньше, в кабинет Андрея, не сомневаясь, что тот не пустует. Художественная школа была у друга тем местом, где он проводил все свое время, даже по выходным. Она ему заменяла семью, которой и не было.

– Можно? – распахнул Макар дверь директорского кабинета и смело шагнул внутрь. – Как чувствовал, что ты тут.

Андрей сидел, закинув ноги на стол перед распахнутым настежь окном и дымил сигарой. Кубинской, поди, других не курит.

– А где мне еще быть? – хмыкнул Андрей и выпустил колечки дыма. – Как дела, Самон?

– Да вот, мимо ехал, решил завернуть к тебе.

И увидел нечто особенное, – сразу же приступил он к делу.

С Андреем они виделись часто, чуть ли не каждый день, на предисловия можно не тратить время.

– И что же ты увидел? – новое колечко поплыло к окну.

– Твою натурщицу. Это нечто! – восторженно выдал Макар, восстанавливая в памяти образ обнаженной девушки. – Ты где такую откапал?

– Пришла по объявлению, – пожал плечами Андрей, аккуратно откладывая сигару в пепельницу и снимая ноги со стола.