Прекрасная мексиканка

Казалось, что он безумно радуется тому, что молодые американцы вновь отправляются в путешествие. Лишь порой Мэттью ловил на себе его загадочные взгляды, полные презрения и жалости.

Кэрри тоже смирилась со своей участью. Правда, она возлагала большие надежды на то, что Чихаутиль будет более культурным городом, чем тот, который они готовились покинуть. И в любом случае, цель их поездки была близка, а там и свадьба… От перспектив снова начала кружиться голова.

Единственное, что смущало Кэролайн, так это холодность жениха.

С каждым часом, проведенным в ее обществе Мэттью становился все угрюмее и неразговорчивее. Он постоянно был занят чем-то, неизвестным ей, и совсем не желал раскрывать своих секретов. Впрочем, Кэрри не особенно переживала из-за этого. Она объясняла это отношение тем, что выглядит сейчас не лучшим образом. Пусть они только вернутся домой, где к ее услугам будут лучшие салоны красоты, парикмахерские, магазины. Она вновь превратится в ту красавицу, которая свела с ума самого завидного жениха города.

Мэттью со своей стороны все меньше и меньше думал о той роли, которую Кэролайн играет в его жизни. И полмесяца не прошло с тех пор, как они покинули Штаты, а ему казалось, что пролетела целая вечность. Та жизнь и эта кардинально различались между собой. Раньше Кэролайн была любима и желанна, сейчас она воспринималась как досадная помеха, бесполезный груз. Он был доволен, когда она не лезла в его дела и не досаждала советами, а так как, предвкушая окончание отвратительной поездки, Кэрри приободрилась, то и надоедала она Мэттью своим нытьем гораздо меньше.

Одним словом, к тому времени, когда они были готовы выехать в Чихаутиль, мир между ними был почти восстановлен.

Окончательно расплачиваясь с Торесом, Мэттью обратил внимание на то, что маленький мексиканец необычно молчалив сегодня, да и выражение лица у него чрезвычайно печальное.

– Что-то не так, синьор Торес? – осведомился Мэттью на своем скверном испанском.

Хоть он и повздорил тогда с хозяином, но это не повод расставаться врагами. – Я могу вам чем-нибудь помочь?

– О да, – откликнулся Торес. – Можете. Оставайтесь здесь, а еще лучше возвращайтесь домой.

Настроение Мэттью резко испортилось. Он-то надеялся, что Торес уже позабыл об этой блажи. Оказывается, нет.

– Мы уже говорили об этом, – сухо заметил Мэттью. Лицо Тореса выражало отчаяние.

– Да в чем дело? – взорвался Мэттью.