Провинциалка для сноба

Благодарность к этому суровому внешне мужчине была выше всех остальных чувств, и Люда не знала, как можно выразить ее словами. – Спасибо, что спасли меня! – ляпнула невпопад.

– Вот только не надо делать из меня героя, – скривился мужчина, и такая реакция обидела Люду чуть ли не до слез, с которыми она и боролась весь оставшийся путь, глядя в окно и не рискуя больше разговаривать.

Автоматические ворота, преграждающие путь во двор элитной многоэтажки, немедленно разъехались, когда машина притормозила возле них.

Водитель кивнул кому-то невидимому в тонированной будке и авто плавно проскользило к подземной парковке.

– Приехали, – прокомментировал мужчина, глуша двигатель и распахивая свою дверцу. – Сама выберешься? – бросил он хмурый взгляд на Люду, и в который раз за сегодняшний вечер она почувствовала себя не в своей тарелке.

– Может, я в машине?.. – сморозила она откровенную глупость, отчего у мужчины глаза стали вдвое больше и он даже передумал выбираться наружу.

– Что, в машине? Скоротаешь ночь? – и тут он засмеялся.

Басовито и очень по-мужски. – Большей глупости я еще ни разу не слышал, – сказал, резко оборвав смех. – Вылезай уже.

Все же, несмотря на то, что температура спала, чувствовала себя Люда не очень хорошо. Тело было вялым, а ноги ватными. Сказывалось еще и долгое сидение в машине. И очень хотелось спать.

На лифте они поднялись с нулевого на пятнадцатый этаж и попали сразу в квартиру. Люда аж опешила, никогда раньше так не делала, разве что в кино видела.

Это и есть пентхаус, так называемый? Она застыла у порога, не в силах отвести взгляда от панорамного окна с открывающимся видом на ночную Москву. Да и сама комната, отделанная в бежевых тонах, со всякими новомодными дизайнерскими наворотами, дорогой мягкой мебелью и столами со стеклянными поверхностями, казалась Люде настолько огромной, что она даже не понимала, можно ли в такой жить и чувствовать себя уютно.

– Проходи, располагайся, – пригласил не глядя на нее мужчина и достал откуда-то явно женские и очень пушистые тапочки.

Пушистые и неприлично белые. Как в таких ходить-то? Они же моментально испачкаются. – Сейчас поставлю чайник.

Он прошел вглубь комнаты, где Люда разглядела отделенную барной стойкой кухню, и включил воду. Тяжко вздыхая то ли от слабости, то ли от робости, она переобулась в тапки и сделал пару шагов вперед. А что делать дальше, где можно приткнуться и не знала – так и застыла посреди комнаты.