Провинциалка для сноба. Меж двух огней

А когда он прикурил ее от зажигалки с откидной крышкой, то на Люду пахнуло довольно странным запахом, лишь отдаленно напоминающим табачный. Травка что ли какая-то? – мелькнула запоздалая мысль, рождая в душе новые страхи.

– Как зовут тебя, красавица? – спросил мужчина, когда Люда уже собиралась встать и уйти под благовидным предлогом.

– Людмила, – вынуждена была ответить, наблюдая, как тот закинул ногу на ногу и слегка придвинулся к ней, касаясь бедра. Такая близость, нарушающая пределы личного пространства, напрягла ее еще сильнее.

– Я Геннадий Олегович, – протянул он ей руку, ладонью вверх. Но вложить в нее свою Люда уже не решилась, понимая, что нужно бежать от него как можно скорее, и не в силах двинуться с места. Этот мужчина действовал на нее как удав на кролика, внушая все больший страх.

– Очень приятно, – пробормотала и дернулась, чтобы встать, но сухая и жесткая рука с крупными венами опустилась на ее коленку, заставив замереть.

– Сиди! Я же еще тут… – тихо, но с угрозой произнес мужчина.

– Но… моя компания в другом зале, – не нашлась, что еще можно ответить, Люда. Она уговаривала себя не паниковать. Не станет же он ничего делать плохого с ней здесь?!

– И потому ты сидишь тут одна? – усмехнулся он одними губами, делая глубокую затяжку и выпуская дым рядом с головой Люды. – Не пой мне, девочка. Вижу, что не все так хорошо, как ты тут пытаешься мне рассказать.

У Люды чуть глаза не вылезли из орбит, когда он затушил бычок прямо на паркетном полу, затоптав тот узким носком своего блестящего ботинка.

– Что вы?!. Да, пустите же, меня!.. – пыталась она вырвать руку, мечтая привлечь к себе хоть чье-то внимание и не рискуя пока еще кричать.

– Я сказал, пошли. А будешь сопротивляться, пожалеешь. Со мной тебе будет лучше, чем… в твоей компании, – и потянул ее к кабинету.

– Пустите!.. – вместо крика получился тоненький писк и почти сразу же она услышала:

– Люда? Какого?..

Мужчина, что представился ей Геннадием Олеговичем, а на деле вел себя как отмороженный зек, остановился и развернулся всем корпусом к приближающемуся к ним Алексею.

– Что здесь происходит? Отпусти ее! – кивнул он на уже покрасневшее запястье Люды.

– Твоя? – прищурился дядька.

– Моя, – без тени смущения соврал Алексей.