Лейла

Слышала, что в субботу приезжает «Пинк-шоу»?

– Слышала, – односложно ответила я. Вот еще. Не люблю такие слащавые группы. Мне нравится старый добрый хард в исполнении сэмэ или тачи, а не крашеные блондины-укэ и девочки-неко, косящие под гендернераспределенных. Дженни знала об этом, более того, наши с ней музыкальные вкусы отчасти совпадали; но моя подруга искренне считала, что вытащить на модное мероприятие свою пару – это ее святая обязанность, а мне, как одинокой, просто необходимо туда попереться – где ж еще можно снять зеленую и не пристроенную неку? Не в лекционном же зале!

– Пойдешь? – она спросила таким тоном, словно и не спрашивала, а утверждала, можно сказать, повелевала.

– Не-а, – потупилась я, – некогда мне.

– Интересно знать, почему? – поинтересовалась Дженни тоном, холодным, как Ледник. Нет, ну это просто уже выходит за все мыслимые рамки! Что я, отчитываться перед ней должна, что ли?

– Потому что собираюсь писать диплом, – соврала я, не моргнув глазом. Откуда им знать, что мой диплом, в общих чертах, само собой, практически готов? – Слыхала, что Лару мне втирал сегодня? «Вы просто обя-азаны финишировать в первой пятерке».

– До диплома еще полтора месяца! – удивленно воскликнула Лиза. Ха, по ходу, она к нему еще и не приступала. Это на нее похоже – откладывать все на потом, а потом бегать, как ошпаренная, да еще и помощи просить у дорогой подружки, тачи Ковалевской.

Я тактично промолчала.

– Стася, – сказала Дженни серьезно, – мы с Лиз подумали… нам кажется, что у тебя появилась неко, и ты просто это скрываешь.

Я картинно воздела глаза горе, а затем обняла их обоих:

– Ну, девочки, – сказала я, – с чего мне от вас скрывать-то? Да если бы у меня была нека, я бы вам первым и похвасталась. Но мне не до этого сейчас, я просто хочу достойно закончить Гарш, чтобы меня не забросили в какую-нибудь глухомань. В идеале мне вообще хотелось бы попасть в Центр имени Эйхмана, но…

– Ну, ты даешь! – присвистнула Дженни. – Ты это серьезно, или прикалываешься?

– Серьезнее некуда, – ответила я.

Мы шли по дугообразному крытому коридору из триолита – графенового пластика, прочного как сталь, но при этом совершенно прозрачного, как стекло. Прямо у нас под ногами, шестью метрами ниже, был университетский сквер, по которому прогуливались парочки, а мы шли у них над головами.