Суженая инкуба

 – Я приехала за тобой, чтобы показать тебе город и пройтись по магазинам.

Ни разу в жизни мне еще не доводилось знакомиться с такими непосредственными людьми. Франциска обняла меня и поцеловала, словно мы были сестрами и все детство провели вместе. Да, наверное, даже среди родственников редко когда наблюдается подобная близость. С одной стороны, меня это немного смущало, но еще больше доставляло радость. С этой девушкой мне было очень легко и свободно.

– С удовольствием!.. – стала первой реакция. Франциска практически спасла меня от бестолкового слоняния по крепости.

Но сразу же я подумала, что у меня нет денег и взять мне их негде. И все же я хотела поехать, даже если буду просто рассматривать витрины магазинов. В конце концов, у меня есть все необходимое. А если я в чем-то буду нуждаться, то, надо думать, сэр Берингар и это наколдует.

Провожал нас молчаливый Гифт. Накинув пелерину мне на плечи, он протянул какой-то мешочек и явно ждал, когда я возьму его. Каково же было мое удивление, когда обнаружила в нем блестящие монеты.

Как узнала потом, каждая из них была довольно большого достоинства. Можно сказать, меня озолотили. Поскольку, от Гифта я все равно не получила бы объяснений, решила обсудить этот вопрос потом с сэром Берингаром.

Возле входа нас ждала карета, запряженная их диковинными лошадями. Да и сама карета выглядела иначе, чем виденные мною в фильмах или музеях. Колеса у нее показались мне поистине огромными, и на лесенке я насчитала десять ступенек. Все это развеселило меня еще сильнее.

Настроение уверенно ползло в гору, я наслаждалась предстоящей прогулкой, и первый раз меня не мучали негативные мысли.

– Далеко до города? – спросила я у Франциски, когда мы удобно устроились на обитых бархатом сидениях в карете.

– Не очень. Я тебя так заболтаю, что ты и не заметишь, как доедем, – улыбнулась она. Я же подметила, как она окинула взглядом мою прическу, вернее, ее отсутствие.

– Ты тоже считаешь это неприличным? – дотронулась я до кончиков своих волос.

Белокурые локоны Франциски были искусно уложены вокруг головы, и прическа смотрелась очень торжественно.

– Нет, что ты! – воскликнула она. – Просто… немного необычно.

– Ну, слава Богу.

– А кто это?

– Что, кто? – не поняла я.

– Ну… тот, кого ты только что восславила?

А она гораздо наблюдательнее, чем мне показалось сначала. Я бы, наверное, даже внимания не обратила на такую словесную мелочь. Но себя я никогда не считала наблюдательной.