Янтария

Не успела Таня подумать, как хорошо, что хоть сегодня ее оставили в покое, как вдруг тишину прорезал женский крик. Столько боли и страха было в этом крике. Почему-то Тане показалось, что кричала именно та девушка, которую она видела сегодня.

Таня заткнула уши, но крик проникал сквозь стиснутые пальцы, заполнял голову, рождал боль. Раздался какой-то звук, похожий на пощечину, и крик девушки перешел в громкие всхлипывания. Несмотря на то, что они были гораздо тише, но действовали на Таню еще сильнее. Она в буквальном смысле слова выскочила из кровати, словно ее вытолкнули оттуда, и подбежала к двери.

Вцепившись в решетку, закричала:

– Эй вы, там, прекратите шуметь! Дайте людям отдохнуть!

Никакой реакции не последовало. А всхлипы девушки переросли в приглушенные стоны и явно не от удовольствия. В каждом из них Тане слышалась боль, которая и ее разрывала на части. Она не выдержала и принялась кричать. На сей раз ее старания не остались незамеченными – снова раздался топот ног, и перед ее решеткой возник здоровенный мужик, голый по пояс.

– Чего разоралась? – буравил он ее злым взглядом. – Мешаешь делом заниматься. Или завидно, что не к тебе пришли? Не переживай, завтра я лично займусь тобой. Развлечемся на славу, – осклабился здоровяк и плотоядно облизнулся, окидывая Таню взглядом с головы до ног.

Таню охватила такая ярость, что чувство самосохранения не то что отошло на второй план, а просто-напросто испарилось.

– Кто угодно, только не ты, – прошипела она и двумя руками вцепилась тому в лицо, впиваясь в кожу ногтями.

Мужчина вдруг завопил и задергался, а Таня почувствовала, как по руке стекает что-то теплое.

В следующий момент она упала без чувств на пол.

Глава 3

Таня очнулась от чьего-то прикосновения. Она лежала на кровати, рядом сидела Нида и мыла ее руку, напевая какую-то песенку. Таня в который раз подивилась карикатурности этой немолодой уже женщины. Волосы спрятаны под белоснежный чепчик, несколько прядей выбиваются из-под него, и она их машинально сдувает, чтобы не лезли в лицо.

Крохотные руки с толстоватыми пальцами деловито плещут тряпку в тазу с чем-то желтым. Коренастое, даже рельефное, тело обтянуто синим, словно кукольным, халатиком и туго перепоясано в талии, обрисовывая несколько крупных складок на довольно пухлом животе. Все, как у обычных людей, только в гораздо уменьшенном виде. И только ножки коротенькие, болтаются в воздухе, не доставая до пола.