По ту сторону фортуны. Книга 1. Галопом по Европам

Вероятно, Света припомнила инцидент на таможне и негромко спросила:

– Всё нормально?

Естественно, мне было жаль её. Приложилась она серьезно и, надо полагать, голова гудела как колокол. Но вредный характер никуда не денешь, да и встряска оказалась настолько сильной, что у меня тоже началась мигрень. Я быстро поблагодарила врача, ухватила кресло за ручки и покатила его к выходу.

– Сервиз изъяли, едем в следственный отдел, – я соврала легко, не в силах удержаться от ядовитых комментариев.

– П-правда?

– Ещё какая! – подтвердила я с мстительным удовольствием.

Пусть тоже переживает, не мне одной! – Лешеку звонить буду, он адвокат, пусть решает, что делать.

– Н-нас посадят? – прошелестела Света, подняв голову и глядя на меня овечьим взглядом, мелкая дрожь пробежала по её телу.

– Скорее всего, дадут десять лет без права переписки!

– Нам?

– А кому?!.. На границе сказали – пани, по вам обеим тюрьма плачет!

– В с-смысле?.. Настоящая?

– Игрушечная! Сказочная темница! Окошки такие резные, в клеточку!

– Н-не хочу!

– А ты думаешь, я хочу? С детства горю желанием в полосатой робе ходить! Но, как говорится, Светик, от сумы и от тюрьмы…! Вместе срок мотать будем!

За время моего короткого монолога она снова завалилась на бок.

Я испугалась: как сонная муха, феназепам, что ли, вкололи? Забежала вперёд проверить её состояние. Нет, Света была в порядке, не считая мутных глаз и отрешённо-испуганного выражения лица. Я тут же перетрусила: вдруг опять отключится? По видимому, у неё полный винегрет в голове.

– Ну, какая тюрьма? Три часа только прошло. Всё хорошо. Ты, правда, ничего не соображаешь? – сжалилась я.

– С-совсем смутно, спать охота, – с убитым видом ответила она и прикрыла глаза.

Совесть моя тут же вскинулась в справедливом упрёке: ей и так плохо, а тебе сию секунду вздумалось добить.

– Ладно, пробьёмся, отдыхай, – сказала я, горестно погладив кокон, и повезла раненую дальше.

Пан Марек догнал нас на улице и протянул заключение и рецепт.

Он помог Свете усесться в машину, та потрясла его руку со словами «Денкуе! Спасибо!» и притихла.

Я обратила внимание, что офицер перестал выпячиваться при взгляде на неё. Может быть, белая повязка на Светкинй голове его смущала. Не исключено, что решил держаться подальше от двух сумасшедших русских пани.

– Денкуе за помощь, пан Марек, простите, – я от души поблагодарила, протягивая руку.