По ту сторону фортуны. Книга 1. Галопом по Европам

Состав медленно прополз вперёд и дети пропали из вида. Мы со Светой подскочили одновременно! Без единого слова вместе застряли в дверях, немного там потолкались, попыхтели, потом сообразили, что лучше выбегать по одному.

Я с криком влетела в служебное купе:

– Останавливайте поезд!

Проводница взглянула на меня и спокойно спросила:

– Зачем?

– Дети! Там наши дети! – воскликнула Светлана возле моего уха.

Она всем телом навалилась на меня и втолкнула в купе. Я повернулась, в эту минуту лицо попутчицы, покрытое красными пятнами, выглядело рябым.

– Не могу! – отрезала проводница, хватаясь за рацию. – Начальнику доложу!

Она шустро нажимала кнопки и уже послышался ответный голос. Тем временем, состав набирал скорость. Я соображала быстро, оттолкнула Свету и выбежала в тамбур, вторая горе-мамаша за мной, проводница за ней.

Вдвоём со Светланой мы хотели рвануть стоп-кран, но сотрудница РЖД действовала чётко в соответствии с инструкцией. Она грудью встала, защищая красный рычаг, и рявкнула:

– Вы сумасшедшие? Что сейчас будет, представляете?

И тут поезд, не успев разогнаться, снова затормозил, видимо, начальник принял решение мгновенно.

Света коршуном налетела на проводницу:

– Открывай, быстро!

– Бегом! – выпалила та, гремя железками, и распахнула дверь.

Я скатилась по ступенькам. Благо, все действия были проведены оперативно и наш последний вагон остановился у самого конца платформы. Я побежала навстречу деткам, успела навешать подзатыльников обоим и погнала заблудших овец в стойбище.

Друг за дружкой втолкнула их в тамбур и запрыгнула сама. Меж тем в вагоне разгорался скандал. Пассажиры, выскочившие на наши крики, разделились на два лагеря: одна часть возмущалась, что таких мамаш нужно лишать родительских прав, другая поддерживала нас, ругаясь, что стоянку сократили на десять минут, из-за этого ребята опоздали.

– Мы на вас в суд подадим! – разъярённая Светлана наседала на начальника поезда, размахивая руками. Тот попытался что-то возразить, но мою распалившуюся попутчицу остановить было невозможно.

 – Возмутительно!.. Вы… вы за это ответите! Что творится на наших родных железных дорогах! Везде об этом напишу, во всех центральных изданиях! Форменное безобразие!

Я протиснулась с малолетними сорванцами через толпу, запихнула в купе, захлопнула дверь и села отдышаться. Сердце ухало как артиллерийское орудие, непредвиденная стометровка вместе с испугом сделали своё дело.