Человек, которого я убил

Неужели никто, кроме нее, его не слышит? Неужели это опять только голос, внутренний голос человека, находящегося неизвестно где, один из тех голосов, которые ее временами преследуют? Но сейчас он слишком явственен, слишком отчетлив, слишком реален и… слишком страшен. Такого отчаяния и ужаса в человеческом голосе она не слышала никогда. Полина сделала несколько испуганных шагов по направлению к голосу – и тут увидела человека, который кричал. Черты лица его были искажены, руки сжимали ствол дерева, словно он боялся упасть.

Она хотела тут же броситься к нему, помочь, успокоить, но удержалась, побоявшись ранить его сочувствием. И замерла, не зная, что предпринять. Стояла, перебирая в голове подходящие варианты начала разговора. Стояла, не сводя с него взгляда, выжидая подходящий момент. И ничего не могла придумать.

Но вот он наконец отлепился от дерева, прошел, пошатываясь, к скамейке и прямо-таки рухнул на нее. И замер, переживая новый виток непонятного ужаса. Что с ним случилось? Что могло его так страшно испугать? Она не могла больше ждать и села к нему на скамейку.

– Не стоит отчаиваться, на каждую ситуацию можно посмотреть с другой стороны, – сказала она успокаивающим тоном и совсем было собралась рассказать о себе, чтобы как-то его подбодрить, на своем примере показать, что все в жизни можно пережить, но поняла, что фраза прозвучала до невозможности глупо и пошло, и она не только не смогла его успокоить, но, наоборот, еще сильнее испугала. Он посмотрел на нее совершенно диким взглядом, вскочил и бросился прочь из парка.

Ужасно расстроившись, Полина побрела домой, постукивая впереди себя тростью. И тут до нее дошел весь невероятный смысл ситуации: она видела этого человека, действительно видела, не так, как видят во сне или в воображении, а как видит зрячий. А через мгновение поняла еще одну невероятную вещь: этого человека она видела раньше. Перед самой аварией. На рисунках Кати.

Глава 3

Я хотел убежать, но смог сделать только несколько шатких шагов до скамейки.

Я кричал, страшно, надрывно, мучительно, как обезумевшее животное, но не слышал собственного крика. Голова взорвалась болью, лицо человека, которого я убил, поплыло, исказилось и вдруг распалось на отдельные фрагменты, словно в разбившемся зеркале.

Я упал на скамейку, сжал голову руками, пытаясь унять эту адскую боль и успокоиться. Конечно, мне все это только привиделось, конечно, там, у дерева, никого нет.