Вовсе не сказки

Выживет ли подопытный после химической модификации крови? Останется ли в уме после воздействия инфрашума? Вынесут ли кости волновые удары? Сможет ли человек спуститься в атмосферу без капсулы, только в скафандре?

Программа ИОС давно могла посоперничать прибыльностью с лучшими казино Земли: шансов выиграть так мало – заключённые почти всегда идут в расход – но тем слаще желанный приз.

Только вот в последние годы всё сложнее становилось понять, каков истинный смысл существования станции: изоляция негодяев от общества плюс научные достижения или всё-таки зрелища.

Ну, как бы то ни было, он уже всё решил. Можно побыть немного подопытной крысой, клоуном, шутом, если итоговый результат окажется таким, какой они обещают. Если он выиграет.

Кристоф слышал взрывы смеха за тонкой переборкой своей комнаты: приятели-старички умудрялись веселиться даже здесь, в клетке.

Поначалу, когда он только прибыл сюда, другие люди, другие обитатели этого замкнутого кусочка пространства, казались благом.

Можно сказать, они помогли ему освоиться. Но сейчас сокамерники только мешали. Вот уже три дня – с того момента, как объявили о его участии в эксперименте со спуском – они отговаривали его, как могли. Убеждали, что это гиблая затея, что никто не справился, что слишком много в деле непредсказуемости.

К дьяволу, он сумеет совладать с костюмом и пройдёт весь путь. Пройдёт и вернётся вниз. А там… там видно будет.

Да, на Земле его все считают монстром, возможно даже его бывшие соратники, друзья.

Но он им объяснит, докажет. Он был прав, несмотря ни на что. Оно того стоило. Стоило!

***

В экспериментальном секторе А работа шла полным ходом.

Готовились к спуску. Опыт должен был стать семьдесят третьим, если только участник не откажется в последний момент. В этот год примерно половина заявившихся выходила из эксперимента до запуска. Страх, и вполне оправданный.

Пролететь вниз от станции к воздушному порту, без капсул и тому подобного, просто в скафандре – такое и её саму пугало.

Конечно, был трос, но это так, скорее для камер – чтоб участник опыта не улетел из видимости. Да и не слишком надёжна эта тонкая ниточка: даже толстенные переплетения космолифтовых систем иногда рвутся, а тут всего лишь тройная лента двадцатого порядка.

Восемь-десять часов в общей сложности, если носимые двигатели сработают нормально. Восемь-десять часов неизвестности и напряжения для участника. И всё ради испытания нового костюма.