Время шестых

Даже без визуального сопровождения на экранах, окружавших его со всех сторон, создавалась иллюзия, что он дома, взбирается повыше, чтоб увидеть раскинувшееся внизу море искусственных огней под светом настоящих звёзд в глубоком чернильно-синем небе.

Он бы хотел вернуться. Эта тяга так и не уменьшилась с начала полёта. Нет, Марс манил его тоже, но иначе, совершенно иначе.

Если б не обстоятельства, он, пожалуй, не решился бы. Но нужно было думать о семье… тогда нужно было. Двести лет назад, если верить движению красно-полосатого шара за иллюминаторами.

Кто теперь там из близких? Остались ли их потомки во Флориде, куда помог им переехать Центр управления полётами? Живут ли так же у океана другие люди, носящие ту же фамилию? Океан, конечно, другой, не тот, что в его детстве и юности, но всё же океан. Атлантика… но тёплый её кусочек. Пляжи, пальмы…

Оставалось надеяться, что мать и сестёр не стали искать на другом конце страны, да ещё и без него самого. В конце концов, они-то не имели к делу никакого отношения.

Тогда он не надеялся отделаться только ногой – Юджин прислушался к тихому шуршанию гидравлических поршней – вскоре за ним бы пришли.

За каким дьяволом он решил связаться с бандой? Джека уже было не вернуть, а он всё равно полез в этот гадючник.

Тьфу!

Впрочем, его прошлые заслуги плюс заработанная инвалидность как раз-таки позволили претендовать на билетик на Марс. Космосу нужна была подопытная крыса «с ограниченными возможностями». Хотя сам он к моменту полёта ограниченности уже не ощущал.

После того, как ублюдки Ваксена раздробили ему ногу, поймав прямо посреди утренней пробежки, – да, он был неполноценен, он почти желал умереть. Когда ногу удалили в госпитале – да, он был неполноценен уже и как личность, потерявшись в боли, отрицании и жалости к себе. Когда получил первый протез и никак не мог к нему приноровиться – да, он был жалким неумёхой, ярившимся на весь мир. Но потом… потом всё сгладилось. Он приспособился и, объективно говоря, стал даже сильнее, вспомнив благодаря родным и команде подготовки, что он не только бывший спортсмен, но и профессиональный физиотерапевт. А уже это окончательно перевесило чашу весов на его сторону в ходе отбора.

И вот он здесь, добившийся желаемого и отчаянно жаждущий вернуться.

Отчаянно жаждущий изменить прошлое и никогда не пересекаться с теми людьми или, по крайней мере, поступить тогда не как тупой юнец, а по-взрослому.