Кровные узы

Лана представила Маргарет, идущую с гробом подмышкой и фирменным пакетом с одеждой в другой руке, и засмеялась.

– А как ты раньше добывала гробы? Тоже все так просто было? – сквозь смех спросила она.

Маргарет радовал ее смех, хоть она и знала, что Лана смеется над ней. Леди Моне прекрасно понимала, что вызвало смех Ланы, та просто не верила ей, не верила даже самой себе и всему происходящему вокруг.

– Раньше, моя дорогая, все это было несколько сложнее. Люди были внимательней и замечали все отклонения от общепринятой модели поведения.

Тем более что я и мой создатель вели светский образ жизни. Обо всем этом я тебе еще расскажу.

Маргарет улыбнулась, довольная собой. Лана не нашла, что ей ответить. Маргарет проследила, чтобы Лана легла в свою новую постель, и, пожелав ей приятных снов, устроилась в своем гробу.

Лана начала понимать, почему Маргарет стала жестокой и холодной. Ее радовало, что вампирша начала рассказывать о себе, ведь она, как и Лана, из семьи Моне—Блэквелл. Девушка вспомнила о портрете Маргарет, и на память пришли мысли и чувства, которые он вызвал.

«Удивительно, но мы с ней связаны кровью: мы родственники, а теперь она еще и моя создательница. Интересно, знала ли о ней бабушка? Обязательно спрошу об этом у Маргарет, если только это не сон и я не сошла с ума. Ведь такого не бывает…» – с этой мыслью Лана уснула.

Тело Ланы еще не умерло окончательно, поэтому ее сон был неглубоким. Она проснулась и прислушалась к ощущениям: казалось, что глаза не видят, уши не слышат, а сама она не может даже пошевелиться, как будто ее поместили в чужое, неподвластное ей, тело.

Ей стало страшно, и это был человеческий страх. Лана умирала. Умирало ее человеческое тело, ее человеческая сущность, уступая место вампирской. Маргарет говорила, что так будет, что так должно быть.

Глава 4

Ближе к полудню Энджел Бирс приехал в особняк Блэквелл. Он позвонил на мобильный телефон Ланы, но тот оказался выключенным.

– Лана! – крикнул он. – Не нужно от меня прятаться.

Неужели я так сильно напугал тебя?! Я бы никогда не ударил тебя! Спускайся, обещаю, что не обижу тебя! Лана, прости, пожалуйста! Прошу тебя, не надо меня бояться и прятаться.

Ответа не было. Дом звучал только голосом Энджела, отражая его во всех уголках.

Бирс обошел еще раз первый и второй этажи и даже заглянул на третий. Поднявшись на третий этаж, Энджел обнаружил портреты. Внимательно изучив их и отметив, что работа довольно неплохая, вернулся в гостиную.