Рефлексия

Я смотрел на то, как вкуснейший кусок мяса (и я не про женщину, я же не сексист… скорее всего) проходит через толпу тянущихся к нему дикарей (ужасное зрелище). Крис дошла! Она поставила тарелку на стол и полезла на него сама, роняя на пол пустые бутылки. Какого хрена? Я поднял голову, но увидел слишком много волосатого… тьфу ты, лишнего. Дмитрий Петрович тоже посмотрел наверх, но осекся еще быстрее, чем я. Сегодня я узнал две вещи: не стоит спорить со стариками, и что Крис не носит трусы. Век живи, век учись. К месту ведь поговорка, а?

– Я приготовила на всех, – громко и четко сказала она, – кто будет мешать мотыльку есть, встретится лично с моим кулаком!

– Ну раз так, – Дикий сел на свое место, – тащи нам жрать быстрее.

Я дважды повторять не стану: если в этом доме жрет один, то будут жрать и другие. У нас коммунизм! Анархо-коммунизм, сука!

Дикий стукнул кулаком по столу, потом откинулся на стуле и громко рассмеялся. Остальные тоже уселись обратно, последовав его примеру. Крис слезла и двинула к кухне.

Я присоединился к ней, решив помочь вынести еду, потому что не хотел есть под осуждающие взгляды.

– И чтобы мне самую большую порцию, говнюки! – заорал все тот же Дикий. – Или я съем еду Мори и начищу вам двоим рыла, и плевать, что вы бабы. Равноправие – чудесная вещь! Можно бить женщин и не испытывать угрызений совести. А современный мир оказывается не такое уж и говно…

– Ты можешь начистить рыло разве, что маме Дохлого! – крикнул из-за стойки Марсель. – Я из-за тебя начинаю читать один и тот же фрагмент уже в пятый раз, скотина шумная.

– Я бы не была так уверенна, Андрей Михайлович (настоящее имя Марселя), скорее я начищу рыло этому лоботрясу, – запротестовала мама Дохлого, она выдохнула сигаретный дым и сплюнула в пепельницу. Сам Дохлый вжался в кресло и боязливо поглядывал на других.

– Да ну вас, – Дикий отвернулся и насупился, – только шоблой и умеете.

Мы с Крис быстро раскидали еду по тарелкам и налили всем чай в маленькие фарфоровые кружечки.

Первым я отнес еду НП, он подмигнул мне одним из своих голубых глаз и принялся есть, громко отхлебывая из чашки (некоторые люди не могут есть, не запивая, я вот, наоборот, не понимаю, зачем запивать). Дикому еду поставила Крис, его лицо сразу стало добродушным, так как его порция и вправду оказалась самой большой. Он налетел на еду и чуть ли не весь зарылся в ней, быстро поглощая мясо и макароны из небольшого тазика. Остальным достались обычные порции.