Стокгольмский синдром

Он мне обещал другую потом подарить, но вы же ему не даете деньги со счета снимать. И вообще он сказал, что давно хочет развестись, но вы владеете там какой-то долей в его бизнесе и ничего не отдаете. Но мы будем вместе, он меня любит, отпустите его по-хорошему! Денис все равно с вами не останется, вы не понимаете этого что ли?

Лариса продолжала нести всякую чушь в подобном роде, а Кристина, чувствуя как подкашиваются ноги, тяжело опустилась на диван. Она с трудом удерживала телефон в трясущейся руке. Пальцы похолодели и онемели, грудь словно сковало железным обручем так, что стало тяжело дышать, в горле застрял противный комок.

– Это неправда, – смогла наконец вымолвить Кристина. – У Дениса никогда не было своих денег. Я ему дала на ведение бизнеса немалую сумму из личных сбережений, и до сих пор не знаю, чем он занимается и удалось ли получить какой-то доход от этого. Недавно мне пришлось продать квартиру из-за его долгов, нас преследовали какие-то бандиты, у меня просто не было выбора.

И машину я ему когда-то купила на свои деньги, так он ее разбил. А теперь мы живем в квартире его матери – это маленькая двушка в пятиэтажке в поселке Мелиораторов. Больше у него ничего нет! И у меня теперь тоже мало что осталось. На работу Дениса пыталась устроить, так он не прошел службу безопасности, оказалось, что он имеет судимость – еще подростком отсидел почти год в колонии для несовершеннолетних. Я это только недавно узнала! И еще…

– Я не желаю ничего слушать! – вдруг истерично завопила Лариса.

 – Врешь ты все! Врешь! Не хочешь Дениса отпускать! Он все равно будет моим! Он тебя не любит, слышишь не любит! Не любит!

С этими словами девчонка бросила трубку. Кристина упала на спину, выронив мобильник из рук. Она лежала на диване, глядя в потолок бессмысленным взглядом. Хотелось заплакать, но глаза оставались сухими. Казалось, стены рассыпаются, потолок опускается, а пол стремительно уходит куда-то вниз. Весь тот мирок, которым жила Кристина до этого дня, распадался на части.

Его обломки стремительным потоком уносили с собой остатки былой жизни.

Денис появился лишь вечером. Кристина сразу поняла, что он взбешен. Аллы Валентиновны не было дома со вчерашнего дня, когда она укатила куда-то с очередным кавалером – каким-то плюгавеньким мужичком лет пятидесяти.

– Слушай, ты, овца, какого хрена язык свой распускаешь? – заявил он прямо с порога

– Ты мне врал! Ты все врал! Я тебя ненавижу! – взвизгнула Кристина.