В плену Титаника

Марк, быстро собравшись, осторожно отодвинул меня, встав, выпрямился во весь рост и пошёл следом за другом. Я же осталась сидеть и грезить о возможном поцелуе.

Глава 7.

Патрулировать мне пришлось одной, Марк так и не вернулся. Не представляю, о чём они разговаривают так долго. Когда меня сменили, я вернулась в каюту. Марк и Жан сидят на своих кроватях, лица у них в ссадинах, а костяшки пальцев ярко розовые. У меня закралась мысль, что они могли подраться и подозреваю, что причиной этого могу быть я.

– Смотри. – Ко мне широко улыбаясь, подсела Аннабет, когда я только присела на свою кровать. – Я нашла это недавно. – Она протянула мне брошь.

Я узнала в ней свою, ту, что когда-то принадлежала моей матери, на глаза навернулись слёзы.

– Думаю, она твоя.

– Откуда ты…

– Я видела тебя на палубе. Ты всегда прикалывала её к платью, даже если она там совершенно не смотрится. – Девушка взяла мою ладонь и вложила в неё брошь.

– Спасибо. Я уже думала, что потеряла её навсегда.

 – Я не могу отвести взгляд от своего сокровища. Мне не вериться в это маленькое чудо.

– Всё к нам рано или поздно возвращается, нужно только заметить это.

– Спасибо. – Ещё раз поблагодарила я Аннабет.

– Не стоит. А знаешь, когда вернёмся обратно, я планирую подать в суд на Титаник. Это же надо было додуматься, поселить рядом мумию. Нет, обычную можно, но не такую же, которая брызжет ядом и прикосновением превращает в зомби – это уж слишком. Не уж то нельзя было найти милую мумию, спокойно лежащую в своём гробике.

 – Девушка наигранно вздохнула и закатила глаза.

Я не удержалась и рассмеялась, Аннабет присоединилась ко мне. А у этой особы хорошее чувство юмора, думаю, мы сможет подружиться. К сожалению этого же я не могу сказать об Элизабет.

– Тебе нужно будет подать в суд на меня. Это я вёз эту мумию. – Сказал подошедший Жан. Его лицо угрюмо и озлобленно.

Мы притихли. Аннабет попыталась объяснить, что она просто пошутила, но Жан не стал её слушать, он просто ушёл.

Похоже, это становиться традицией и эта каюта, слишком мала, для такого количества людей. Разным личностям всегда трудно находиться в одном помещении, но они могут стерпеть, если это день, два или неделя, но если ты находишься в обществе слишком долго, например как Жан сто лет и от тебя постоянно ждут решений, ждут, что ты всех спасёшь, это может вывести из себя даже самого тихого и спокойного человека.

Я решила, пойти и поговорить с ним.