Невероятности. Сборник рассказов

– Обещаю, что больше не буду таким занудой и буду писать тебе, если меня отправят на другой корабль, – Дон поднял руку, точно давая клятву в суде, – а ты будешь?

Его глаза были прищурены.

Анна поправила очки и закрыла книгу, услышав, как тараторил эти слова ее друг:

– Тебя не отправят на другой корабль. Хотя нет, не так.

Пытаясь спародировать Дона, низким голосом девушка произнесла:

– Люди из разных галактик, на разных планетах умудряются общаться, мы живем в продвинутом мире…

Они оба рассмеялись.

Анна вдруг стала серьезней.

– Знаешь, Дон, один мой очень хороший друг, помог мне понять важную истину. В жизни может быть много испытаний, много перемен, но важно только то, что ты чувствуешь, что останется в твоем сердце. Даже если мы больше не увидимся, в моем сердце всегда будешь ты и радостные воспоминания о наших приключениях. Я уже на тебя совсем не сержусь…

Дон грустно улыбнулся. Парень понял это несколько дней тому назад после разговора с шеф-поваром Сэнди Осаго и, чтобы как-то разрядить обстановку, робко, но искренне предложил:

– Может быть, тогда сходим в кафе, попьем содовой с пирожным? Ну, чтобы это отметить…

Анна с теплотой и радостью поддержала идею Дона.

По пути в кафе она говорила без остановки.

– Пойдем! Мне уже не терпится узнать все детали твоего расследования. А я тебе расскажу про джаберов и посла Шиу. Ты знал, что молочные коктейли у них как деликатес…

Ребята были очень рады. И как бы не сложилось дальнейшее их путешествие по просторам жизни, они точно знали, что всегда будут вместе.

P.S.

А что стало с черноземом, спросите вы? Джаберы предоставили землянам его новую порцию. Новейшего, собранного Джафой и его партией. А эту отправили мегарианцам в подарок. Любителям земледелия и болотных жуков этот чернозем придется как раз по вкусу.

Гюляра Габибова

Мышка

Девочке 7 лет. Папу забрали незнакомые дяди в форме. Мама плачет.

– Мышонок, мой. Как мы теперь одни?

Девочке папу не жалко.

Больше не надо прятаться под стол. Закрывать глаза. И представлять кино. Так научила бабушка.

– В кино всё ненастоящее, Мышка, – и когда бьют, небольно. Синяки и кровь нарисованные.

Когда бабушка умерла, Мышка жмурилась и изо всех сил представляла, что это кино, в котором всё понарошку. Но бабушка умерла по-настоящему.

К ним стал приходить новый дядя. Мама больше не плакала. Улыбалась раскосыми вишнёвыми глазами.