Темный бог вечности. Червивое яблоко 2

– А затем, что ты, харя биопья, да и все прочие тоже, можете сунуть меня в клетку из одной только сволочности. Дура я вам верить? На размышления, советы и обсуждения даю пять минут, и ни мигом больше. Потом, если вся присутствующая шушера, поджавши хвосты, не залезет в клетки, я бросаю управление, и – да поможет нам всем бог.

– Блефует, крыска, – сказала Эни и презрительно повела носом.

– А ты проверь, фря. Вперед! Кстати, интересуюсь спросить, как тебя обслуживают твои подпорки, попеременно или оба-вдвоем? Если вместе, то тебе еще одного не хватает для полноты ощущений.

Рекомендую с полным знанием дела.

– Стойте, стойте, – торопливо вмешался Фетмен. – Только не надо горячиться, обзываться и все такое. Не надо это… неконструктивно оскорблять. Про какой-такой вариант вы там сейчас говорили?

– Совсем другой разговор. – Ана удовлетворенно покивала головой. – Скажите, господин экс-санатор, у вас, конечно же, есть контакты с кем-нибудь из свиты Координатора по делам колоний?

– Естественно.

Я хорошо знаю кое-кого из окружения его Советников от информации и теологии. И я не экс…

– Вот и чудненько, – бесцеремонно перебила оконтакторенная преступница. – Я внимательно выслушала запись переговоров азерского Совета со Старой Дамой, и последний этого Совета меморандум тоже, благо таксеры тут у вас орали, как припадочные. И крысе ясно, что поражение потерпели не Компании и даже не Координатор, потерпела поражение Империя. Пусть реально комты полуколониальной Азеры раздолбали гвардию Компаний, но как они ее раздолбали! В присутствии господина Верховного Координатора Империи именно по делам колоний… в истинном теле, заметьте, да еще во главе огромного космофлота.

С таким поражением господин Координатор смирится вряд ли. Все враги Азерски сейчас автоматически становятся его естественными союзниками. И особенно ценны для него будут коренные азерцы, прежде всего Вы, господин Фетмен, да-да, именно Вы как глава законного правительства планеты в изгнании.

Фетмен охнул. Впрочем, речь оконтакторенной воровки произвела огромное впечатление на всех присутствующих, исключая, разве что, господ гвардейских офицеров. Воровка, конечно же, заметила это и с довольным видом помахала рукой.

– Обойдемся без аплодисментов. Лучше я продолжу. Пригожусь ему и я. Да, я тоже. Преступления, за которые меня посадили, были направлены против Старой Дамы и только. Глупая я тогда была.