Тени прошлого

Более того, чтобы вы окончательно порвали с ней. И немедленно. Сегодня же.

Сытин был ошарашен. Он ожидал чего угодно, но только не этого.

– Но это невозможно, – выдохнул он в растерянности.

– Разве? – усмехнулся Звягинцев.

Виталию понадобилось несколько долгих минут, чтобы прийти в себя. Звягинцев терпеливо ждал, вперив в него свой странный взгляд.

– Я могу узнать, почему вы требуете этого от меня?

– Нет, – отрезал хозяин кабинета.

Он задал глупый вопрос. Станет Звягинцев объяснять ему, почему поступает тем или иным образом.

Он лихорадочно размышлял, как поступить ему самому, чтобы и лица не потерять и чтобы мужчина, сидящий напротив, остался доволен. Должен же быть какой-то выход! Он всегда отличался быстрым умом и изворотливостью, должен что-то придумать и сейчас. Но под пристальным, все понимающим взглядом Звягинцева это было не так просто сделать. Половинчатого ответа тот не потерпит. Либо да, либо нет. Словно читая его мысли, Звягинцев сказал:

– Вы можете отказаться.

– И что тогда?

– Вы же умный человек, Виталий Константинович, и должны понимать, к чему приведет ваш отказ.

– Значит, вы не оставляете мне выбора?

– Выбор всегда есть, – жестко произнес Звягинцев.

– Какой? – мрачно отозвался Виталий. – Вы же уничтожите меня.

– Если вы мне это позволите, то да.

– Мне не тягаться с вами.

– Значит, вы согласны?

Виталий подавленно кивнул головой.

– Как я объясню ей разрыв?

Звягинцев пожал плечами.

– Вы можете ничего не объяснять.

– Это будет выглядеть не совсем красиво.

– Вы хотите и лица не терять, и остаться при своих интересах. Так не бывает, уважаемый Виталий Константинович! – с нескрываемым сарказмом проговорил Звягинцев и поднялся с места, давая понять, что разговор закончен.

Сытин поднялся вслед за ним и, шатаясь, как пьяный, поплелся к двери. Он ни разу не обернулся – был уверен, что если сделает это, натолкнется на презрительный взгляд хозяина кабинета. Он и сам себя сейчас презирал.

Выйдя из здания, он сразу отправился к себе домой.

Ему надо было побыть одному, поразмыслить над тем, что произошло. Не снимая обуви и не раздеваясь, он лег на широкую кровать, закинул руки за голову и уставился невидящим взглядом в потолок.

Он чувствовал себя раздавленным. Что он скажет Лене? Как объяснит, что они не могут быть вместе? Не может же он заявить, что Звягинцев купил его. А может, прав его новый хозяин и ничего не надо объяснять? Просто перестать с ней встречаться.