Затянувшийся отпуск

«Мерседес» плавно тронулся с места. Когда они проезжали по Кутузовскому проспекту, Максим заговорил вновь:

– Ваш муж не будет против, если вы переночуете у меня? Надеюсь, он не заявится завтра утром и не перережет мне горло?

– Не пугайтесь, у меня нет мужа.

– Уже легче. Я должен был догадаться, что у такой независимой особы, как вы, не может быть мужа.

Голос Наргиз, когда она заговорила, прозвучал так же насмешливо, как и голос ее спутника:

– Я должна оскорбиться?

– Ни в коем случае. Это скорее комплимент.

– В таком случае не вполне заслуженный. Я была замужем.

– Вот как! И надолго его хватило?

– На три года.

– Не мало.

– Да, особенно если учесть, что за эти три года успели родиться двое детей.

Максим не скрывал изумления, он так резко обернулся к ней, что едва не въехал на обочину.

– У вас есть дети? Сколько же вам лет?

Наргиз громко рассмеялась.

– Больше, чем вы думаете. Мне уже двадцать восемь. Но я нисколько не удивляюсь вашему удивлению. Я сама до сих пор поражаюсь этому, никак не могу привыкнуть к мысли, что у меня есть дочка и сын, которым уже пять с половиной и четыре годика.

– А я достиг тридцати шести лет, и у меня нет ни жены, ни детей.

– Вы говорите об этом с сожалением.

Он не ответил – не захотел или не успел: они подъехали к красивому шестиэтажному дому, построенному еще в сталинские времена. Загнав машину в гараж, они пешком поднялись на четвертый этаж.

Квартира, в которой жил Максим, поразила ее. Она уже имела некоторое представление о нем, и это ее представление никак не вязалось с тем, что она увидела.

Войдя вслед за Максимом в гостиную, она невольно остановилась у порога. Перед ней была неприлично большая комната, в которой доминировали белый и черный цвета, стекло и пластик. Белые стены украшали картины с черными квадратами, треугольниками, параллельными линиями и непонятными черными кляксами. С потолка свисал большой белый полупрозрачный шар, словно сотканный из паутины. Черно-белая кожаная мебель, светильники причудливой формы, на высоких окнах бархатные занавески цвета ночи, а на полу удивительно белоснежный пушистый ковер. Здесь, несомненно, хорошо поработал дизайнер.

– Нравится? – полюбопытствовал Максим, заметив, какое впечатление на нее произвела эта огромная комната.

– Нет, – очень медленно проговорила Наргиз.

– Разве? – Он усомнился в ее искренности. – А мне показалось, она произвела на вас впечатление.

– Не отрицаю, очень стильно, элегантно, но это не вы.