Гонитель

Прямо как Лера на прошлом корпоративе, только безвозвратно.

– Ну и? Что интересного-то? Следов взлома не было? Загадочное происшествие с участием западных спецслужб-рептилоидов?

– Какой там! – отмахнулся Шольц. – Наоборот. Вся квартира – вверх дном! Следы борьбы, значит. А тело его, Скворцова то есть, изрезано всё, кровища повсюду, а под ним – круг ритуальный, с пентаграммами и рунами колдовскими! Сатанисты, стало быть, бушуют. А свидетели заявляют, что ничегошеньки не видели в тот день необычного, кроме собаки огромной.

Возле подъезда, говорят, сидела и с укором на всех смотрела. С укором, слышишь? Бабки, что на скамейках время коротали, особо этот момент подчеркивали.

Я отчего-то закашлялся, а делать это с наполненными дымом легкими – не слишком удачная идея. Получив несколько совершенно бесполезных ударов по спине, после долгих откашливаний я все-таки спросил:

– Коричневая собака, да? Мохнатая, на медведя похожа?

– Откуда я знаю, братец? – затушил вторую сигарету Шольц. – Мне до твоих фантазий дела нет.

Меня почему-то хватил озноб. Какой-то явственный дискомфорт ощущался от осознания того, что зверь, виденный с утра, – не сон и не мираж, а самый что ни на есть настоящий, из плоти и крови. Разумеется, это могла быть совсем другая собака – мало ли брошенных животных в городе? Но именно та деталь, что псина смотрела на прохожих с укором, не давала теперь покоя. Ведь и мне взгляд животного показался слишком… осмысленным? Но, в конце концов, какая разница? Гривенником в трамвае за проезд животное не расплачивалось – и то хорошо.

Но офисная рутина, что ни говори, прогоняет любую хандру и лишние мысли из головы. Бесконечный гомон голосов не умолкал ни на секунду, и, казалось, нигде от него не было спасения. Все что-то кричали, передавали друг другу, ругались, здоровались и прощались; приходили курьеры, клиенты; работники из разных отделов бесконечным караваном пересекали открытое пространство офиса, огибая перегородки и столы, изредка задерживались возле кулера или ксерокса, скапливались вблизи туалета; трезвонили телефоны; женщины бесконечно подводили глаза перед карманными зеркальцами и одновременно перекрикивали друг друга в надежде озвучить самую свежую сплетню; мужики утыкались в телефоны или, словно зомби, вклинивались в караван офисного планктона, чтобы дойти до курилки или выпить чашку кофе.

И вся эта система, как дорожное движение в Бангладеш, отлично работала, несмотря на отсутствие правил и какого-либо регулирования.