Княжий сын. Отцовские земли

Это почему смоленский наместник называет меня не самозванцем, не разбойником и убийцей, а князем? Что вообще должно было случиться, чтобы такое произошло?

Я посмотрел на боярина Луку, который ответил мне таким же непонимающим взглядом.

– Уловка? – спросил я. – Хотят малым отрядом в город войти?

– Не знаю, – качнул головой Лука Филиппович. – Наместник Денис – человек честный, об этом все знают. Воин он хороший, но на уловку пойти тоже может. Но с другой стороны, он сам рискнул, мы ведь сейчас можем их всех положить, если ты выстрелить прикажешь.

Так что не знаю.

– Расскажи про него хоть что-то, – попросил я. – Какого он рода, как у него с другими наместниками отношения, как он к отцу относился?

– Рода он такого же древнего, как мой, – ответил боярин Лука. – С отцом твоим дружен был очень, а вот с остальными наместниками не очень. Они ведь боярами были обыкновенными, а его отец твой еще раньше отправил в Смоленск… Человек он, говорят, неплохой, за правду горой стоит, да и вообще…

– Но все равно он наш враг, – сделал вывод я.

 – И он пришел сюда, чтобы осадить Брянск. Трех сотен вполне хватит, чтобы зажать нас в городе, пока не подойдут остальные наместники, а чем это закончится и так понятно.

Я повернул голову и всмотрелся в группу людей, так и стоявшую неподалеку от стены. Пускать их в город будет глупо, а вот спуститься самому и поговорить вполне можно. Особенно если меня со стен прикроют лучники и стрелки.

– Мы спустимся, – ответил я, и скинул вниз моток веревки, один из концов которой был привязан к зубцу стены.

 – Со мной пойдёшь, боярин Лука?

– Лучше командовать останусь, – ответил тот. – Если что, беги под стену, мы тебя прикроем с нее. Ну и обратно втащим, если понадобится, конечно.

– Хорошо, – кивнул я.

Я был рад тому, что спину мою будет прикрывать такой опытный воин и верный человек, как Лука Филиппович. Так что если дело действительно дойдет до драки, меня попытаются взять в заложники или еще что-то, то он сделает все, чтобы меня спасти. Уж в этом я мог быть уверен.

Схватившись обеими руками за веревку, я соскользнул по ней вниз. Встал на ноги, повернулся к наместнику со свитой и двинулся в их сторону. Те, к моему удивлению, спешились, а сам наместник вышел вперед, после чего снял с головы шлем. Шлем у него был красивый, и тоже с личиной, прямо как у боярина Сергея.

Решив последовать его примеру и проявить вежливость, я тоже расстегнул подбородочный ремешок своего шлема и положил его на сгиб локтя.