Княжий сын. Отцовские земли

Дальше рассказывать, вроде, было и нечего, и так все понятно, но боярин Владислав только посмотрел мне в глаза, и ничего не сказал. Только нахмурился. Видно было, что он думает, и что мысли эти не дают ему покоя.

– Короче говоря, это я твоего дядьку убил, – все-таки решился сказать я. – Так уж вышло, так уж жизнь обернулась. Не хотел я этого, но ничего другого сделать не мог. Мне парней надо было увести и самому сбежать.

– Я уже догадался! – закричал Славка, вдруг вскочил с места, схватил кресло, на котором только что сидел, перевернул его и трахнул об пол.

А потом снова уставился на меня и вопросил. – Как же так, Олег?! Как так-то?!

Я не стал ему ничего отвечать, только промолчал. Ведь, как ни крути, но парень сейчас был в своем праве. Он может меня даже на поединок вызвать и убить, и все равно будет прав, будь я хоть трижды князем. А все потому, что хоть меня никто и не судил, и скорее всего не будет, все ведь все равно знают, что это я его дядьку убил. И значит, что мы с Владиславом кровники друг другу.

– Ты ведь спас меня, Олег, если бы я из Киева не уехал бы, то брат все равно не успокоился б, и все равно еще кого-нибудь прислал бы! А может быть и сам приехал за моей головой. А Чернобог знает, к кому я мог в отряд попасть. Там-то никто не стал бы смотреть на то, что я боярич, и приближать к себе. Больше того, я никому и не рассказал бы о том, из какой я семьи! А ты ведь узнал, и не испугался, меня к себе забрал, а потом и приблизил!

Я продолжил молчать, слушая эту обвинительную речь.

Хотя странная она была, хоть он и говорил обвиняющим тоном, а все равно рассказывал о том, как много я для него сделал. А ведь если подумать, я действительно совершил немало хорошего для своих людей. Но только эта мысль сейчас почему-то совершенно не грела.

– И сейчас ведь, боярство ты мне вернул, Олег! – похоже, что Владиславу стало совсем плохо, и он стал расхаживать по моему кабинету из стороны в сторону. – Если бы не ты, никогда бы мне боярином Островским не стать бы поперек брата, а если бы попробовал, то удавили бы, да и все! Ты же для меня сделал чуть ли не столько же, сколько родной отец, Олег! И ты – князь мой.

Ну почему именно ты у меня в кровниках теперь? Ну где тут справедливость-то, а?

– Откупное примешь? – только и оставалось спросить мне. – Разделишь с семьей погибшего. Я щедро заплачу, хватит и тебе и им.

– Придется, – Владислав вздохнул, поднял кресло, поставил его на ножки и снова уселся на него.