Княжий сын. Отцовские земли

Чтобы у городской старшины не было возможности отвертеться или, чего хуже, посадить гонца в тюрьму и отправить войско на помощь наместникам. Хотя слухи, конечно, разошлись, куда уж без этого. Брянск тоже город торговый, а о моем поединке с наместником рассказывали истории все, кому не лень, и всем, кто был готов слушать. Хорошо хоть песен пока не пели.

Поднявшись из-за стола, я двинулся к окну, выходящему во двор детинца. Оттуда периодически раздавался шум и команды. Старые воины под руководством Петра и Игоря, тренировали мою дружину, как старую, так и новую.

Они должны были стать единым целым. А у нас было на это не так уж много времени, скоро мы двинемся в поход.

Впрочем, судя по тому, что я увидел, у них это вполне получалось. Воины вполне себе сноровисто прикрывали друг друга, били воздух мечами, отходили под прикрытие стрелков, которые обозначали выстрелы криками. Вхолостую никто самострелами не щелкал, потому что все знали, что оружие этого не любит.

Ну да, когда все – более-менее опытные воины, слаживание проходит гораздо быстрее.

Все было бы куда как хуже и медленнее, если бы под моим началом собралась толпа селян, как это было у того же Аурела. Впрочем, ему и воевать ни с кем не надо было, если бы он поступил по уму и попытался бы развивать доставшееся ему в наследство княжество, вместо того, чтобы развязывать никому не нужную войну с купцами из Союза Торговых Городов…

У него было время, но он воспользовался им неправильно. У меня же такой роскоши не было, как и права на ошибку.

Никто из четверых оставшихся в живых наместников не простит мне то, что я сделал с Дмитрием. И глубокому дураку же понятно, что никто не оставит мне Брянска. А это значит, что придётся воевать, причем бить первому, и как можно более неожиданно.

У меня были идеи на этот счет, и я собирался обсудить их с боярином Лукой, и остальными примкнувшими ко мне боярами. А уже потом решать, как именно действовать. Ведь решать, как ни крути, придется мне, я тут князь.

Хоть и никак не могу к этому привыкнуть. Впрочем, ладно, водить дружину я привык, значит научусь и управлять княжеством и большим войском. Может быть, все дело в крови отца, он был великим вождем, и не мог же я не унаследовать хоть частички его способностей. Так что, если подумать, то воевать – у меня в крови. Еще бы узнать, как разбудить эту кровь.

Вздохнув, я отошел от окна, вышел из кабинета, оставив письма на столе, и двинулся в свою спальню.