Её ночной секрет

Но «бабочки» в моем животе так и не научились смирно переносить его присутствие в радиусе километра. Они порхали, порой лишая меня здравого смысла.

– Может, ты, пока мы едем, прочтешь мой доклад? – нарушил тишину Давид, внимательно следя за дорогой.

– Весь? – удивилась я. – Он рассчитан на двадцать минут выступления, а ехать нам не так далеко.

– Давай основные тезисы, – пожал он плечами.

– Хорошо.

Я зашуршала страницами, пробежалась глазами по напечатанному тексту и, вычленив основную мысль, бегло пересказала Давиду.

– Ты так хорошо его знаешь! – От его улыбки, лишившей меня очередного глотка воздуха и увеличившей частоту сердцебиения, в салоне, казалось, стало светлее.

Вот зачем он опять это делал?!

– Слушай, а давай ты сама выступишь? – с искренней надеждой в голосе предложил он, и на его лице отразился весь спектр эмоций.

От удивления даже «бабочки» затихли, сложили крылышки и замерли.

Я глянула с сомнением на всегда собранного и во всем уверенного мужчину. Не может быть, чтобы он боялся публичных выступлений!

– Ты боишься? – почти по слогам проговорила, в упор разглядывая его строгий профиль.

– Не люблю, – поморщился он, как будто лимон пережевывал.

– Никогда бы не подумала, что Давид Майер не любит публичности. – Как же это необычно находить в нем чёрточки, которые делают его обычным приземленным человеком!

– Ну вот… – Зловеще сощурив глаза, Давид ухмыльнулся, постучав пальцами по рулю, как будто задумал что-то недоброе, – Теперь ты знаешь мою тайну, и мне придется тебя…

– О, боже, пощади! – засмеялась я.

 – У меня ребенок-первоклашка, мне и так несладко.

– Что? Все так плохо?

– Я просто в шоке от школьной программы! Учусь вместе с ней, и это несмотря на мой аттестат «хорошистки» и красный диплом, – вздохнула я.

В ответ он лишь многозначительно покачал головой, а я не стала более развивать эту тему.

Ему это точно не интересно, да и вопрос он задал из вежливости. Я сложила документы назад в папку и оставшуюся часть пути невидящим взглядом наблюдала за мелькающим городским пейзажем.

Пять часов я пыталась сконцентрироваться на том, что вещали докладчики, старалась вычленить из их речей полезное и зафиксировать в блокноте, но всё было тщетно.