Её ночной секрет

Вот только как определить этот золотой отрезок времени, чтобы не провалиться в сладкий сон, как в детском саду – часа на два. Громко вздохнув, все же распахнула глаза, чтобы не уплыть на облаках умиротворения в страну сновидений. У нас не Япония, а пятнадцать минут меня не спасут.

– Привет, – тягучей патокой растеклось по коже его простое приветствие. – Проголодалась?

Затаив дыхание, медленно, давая себе время собрать воедино расплавившиеся мысли, повернула голову в сторону обладателя обольстительного тембра.

Он никогда раньше не разговаривал со мной так. НИКОГДА! И даже тогда, когда намекал на возможность наших встреч – игриво, буднично, между строк. Что изменилось? Вчерашний секс в лифте? Записка от него?

Я вглядывалась в его лицо с лукавыми морщинками, разбегающихся тонкими лучиками от уголков его миндалевидных зеленых глаз цвета авантюрина . Его волевой квадратный подбородок с зовущей ямочкой так и манил пройтись по нему в невесомых касаниях подушечек пальцев, чтобы удостовериться в том, так ли он тверд и слегка колюч от успевшей отрасти за полдня темной щетины.

Нос с небольшой горбинкой, намекавшей на бурную юность и четко очерченные губы, уголки которых вздернуты в загадочной улыбке. И почему я раньше не замечала, как он хорош? Или это вчерашнее приключение в замкнутом пространстве так шарахнуло меня?

Внимательно присматривалась к нему, пытаясь найти хотя бы маленький намек на его причастность к тому, что случилось вчера. Но непроницаемое выражение его лица хранило сей секрет.

Он стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди и облокотившись на косяк. Его недвусмысленный взгляд мягкой бархатной пуховкой проходился по мне, вызывая шквал эмоций до щекотки внизу живота. И опять эта мысль, что раньше он так себя не вел, буравила мой разум.

– Ты вчера так и не ответила, чем планируешь занять свои выходные. – Оттолкнувшись от косяка, он прошел вглубь.

Я, как загипнотизированная, следила за его движениями и поперхнулась воздухом, когда его крепкие ладони бережно обхватили мои щиколотки, все еще покоившихся на стуле, и приподняли их.

Усевшись на освободившееся место, Павел положил мои ноги к себе на колено и как ни в чем не бывало, будто между делом, стал разминать мышцы голени. Иголочки удовольствия пронзили меня насквозь, а острая потребность почувствовать эти сильные руки не только на ногах упоительной волной прокатилась по телу

Резко дернувшись, я выпрямилась на сиденье и отдернула ноги, спрятав их под столом.