Ягодка

Некоторые водители даже не успевали сообразить, что происходит, когда мимо них пролетала черная молния.

У ночного клуба «Гангстер» «мазератти» припарковалась поперек ряда машин, заняв сразу три места. Передняя дверца распахнулась, остроносый ботинок из мягкой телячьей кожи ступил на землю. К машине немедленно бросился грозный охранник с рацией. Но лишь для того, чтобы придержать дверцу и угодливо прошептать.

– Добро пожаловать, мистер Сорелли.

– Привет, Тэд, – лениво донеслось в ответ. – Все спокойно?

– Конечно мистер Сорелли, – заулыбался охранник.

 – Не беспокойтесь.

Молодой мужчина, выглянувший из «мазератти», меньше всего походил на человека, способного беспокоиться из-за чего бы то ни было. Роста он был среднего, но сложен очень хорошо, а походка и широкий разворот плеч выдавали в нем любителя позаниматься в спортивном зале. При этом он был тонок и довольно изящен, что придавало его фигуре гармонию и пластичность. Одет он был в черный кожаный костюм и светлую тенниску, и даже несведущему в моде охраннику Тэду было ясно, что эта одежда стоит больше его годового жалования.

Назвать молодого человека красавцем было трудно, но было в его внешности нечто такое, что приковывало к себе взгляды быстрее, чем идеальные черты лица какого-нибудь красавца с обложки. Его лицо казалось ассиметричным из-за привычки усмехаться уголками рта и высоко вздергивать одну бровь. Его глаза и волосы были черны, выдавая итальянские корни. Поговаривали, что дед Питера Сорелли был настоящим мафиози и что своим огромным состоянием его семья обязана преступной деятельности.

Но отец Питера занимался вполне легальным бизнесом, а дед был давно похоронен в семейном склепе, так что слухи о мафии так и оставались слухами.

Питер в отличие от родственников, не был ни бизнесменом, ни бандитом. Он был хулиганом и прожигателем жизни, и все ньюайлендские газеты, даже самые серьезные и уважаемые, хоть раз да печатали отчеты о его безумных эскападах и дебошах.

Кто в час ночи прошагал босиком по всем перилам Денверского моста? Питер Сорелли. Толпа друзей подбадривала его громкими криками с набережной, а полиция и службы спасения напрасно пытались его остановить. Потом Питера увезли в участок и оштрафовали за нарушение общественного порядка, но дело не было сделано – на выходе Питера поджидали журналисты и подробности его «подвига» в тот же день стали известны всему городу.