Мама для малышки, или Надежда в подарок

Потому что отговаривать моего целеустремленного и в меру упрямого гномыша просто невозможно.

Хотя стоит ли сейчас ломать голову раз, пока я даже не знаю намерений своей бывшей жены? Так что на время прогоняю прочь все, что не касается работы, и вливаюсь в трудовой процесс с удвоенной активностью. В конце года отчего-то дел в разы больше.

Письмо от Артема в личную почту прилетает тогда же, когда на телефоне срабатывает оповещение о полученном сообщении. Разрываюсь между тем, какую депешу открыть первой. Но брошенный мимолетный взгляд на экран яблочного девайса решает данную дилемму на раз.

«Что ты от меня хочешь?»

Так же, как и я, Алиса не рассыпается в приветствиях и добродушии.

Набираю ее номер, а пока идут гудки, открываю письмо от безопасника. Неплохо поработали. Обширная информация о том, где, с кем, когда и порой даже по какому поводу общалась моя бывшая за последний год.

– Неужели ты по мне соскучился? – раздается в динамике приторно-сладкий женский голос.

За три года даже отвык от его звучания и сейчас с удивлением отнимаю телефон от уха, проверяя, с тем ли абонентом я настроил невидимую аудиосвязь. Если номер не сменила, то все верно. На том конце Алиса Егоровна, в девичестве – Смирнова, в замужества – Исаева, а сейчас – понятия не имею и не желаю знать, какая.

– Какого, собственно, хрена ты вдруг решила переиграть условия нашего договора?! – хрипло, еле сдерживаясь, задаю ей мучащий меня все утро вопрос.

– Чего? – недоуменно вопрошает она. – Ты попутал, Исаев, или жаба проснулась, и ты решил перекрыть мне положенное по договору содержание?

Узнаю Алису: в мыслях, глазах и голосе – только финансовое благополучие своей искусственно слепленной задницы. Но ее наезд меня нисколько не успокаивает. Зная лживую натуру данной особы, верить нельзя ни единому слову, пока не будет подтвержденных, просто железобетонных доказательств ее намерений или не намерений.

– Зачем, а главное, как ты связывалась с Фаней?

– С кем? – Алисино искреннее удивление ядом разъедает мое терпение, – Фаней? Исаев, ты ее зовёшь Фаней?

Мля, и как от такой бездушной стервы мог родиться такой замечательный ребенок, как мой гномыш?! Вот где были глаза того, кто наверху, когда он позволял этой особе женского пола зачать, выносить и родить?!

А где шесть лет назад были мои глаза?

Вопросы без ответов ураганом взметаются в сознании.