Морской коктейль из любви

А магазин сантехники, название которого казалось смутно знакомым, уж точно не песчинка в пустыне.

– Тук-тук, – Аня постучалась в дверь и заглянула внутрь. – Я от Елизаветы Андреевны, – неловко добавила она.

Ровные ряды стеллажей, заваленных запчастями, яркое освещение в отличие от предыдущего магазинчика аж резало по глазам. Всё очень по-мужски выверено. В поздний час здесь не было посетителей, но явно кого-то ждали, раз до сих пор не закрылись.

– Иду! – из глубины магазина донёсся крик. – Лизавета Андревна звонила, предупредила, что от неё зайдут с посылкой, – мужской голос продолжал разглагольствовать из кладовки.

 – Хотя я просил её не заморачиваться, но она знает, что моя Нюша обожает булочки, – скрежет металла, видимо, сложил стремянку, и с лёгким чихом из угловой двери вышел высокий мужчина.

Наверное, они смотрели друг другу в глаза вечность. За это время Аня разучилась дышать и научилась заново. Перед глазами заплясали красные круги, которые в диком танце пытались сбить её с ног, но чудом, истинным чудом она устояла.

И надеялась, что внешне выглядела не так безумно, как Матвей.

– Аня.

– Матвей.

Он растрепал каштановые волосы и улыбнулся. Вот только улыбка получилась вымученная, как у больного при смерти. Теперь мозаика сложилась, и Аня поняла, почему название магазина вызвало чувство дежавю. «Мастеровой» принадлежал семье Матвея. За тринадцать лет прошлое настолько покрылось пылью, что теперь только встреча лицом к лицу с  человеком, которому Аня когда-то была готова посвятить жизнь, вернула воспоминания.

– Ты вернулась… Слышал… развелась, – кажется, Матвей не знал, что говорить, поэтому лепил всё, что приходило на ум.

– А ты, значит… Нюша, да… – Ане хотелось откусить себе язык.

– Ага… Поженились недавно, – он встрепенулся и расправил плечи. – Ну, что было между нами в прошлом, то уже прошло, так что… друзья? – Матвей с широкой улыбкой протянул ей руку. В голубых глазах заискрился смех.

Аня порывисто всунула ему в руки корзинку и тоже улыбнулась, холодея внутри.

– Друзья. Знаешь, я после дороги, – она отступила к выходу, – так что… увидимся.

Кажется, он сказал ей: «Увидимся». Или: «Конечно, до встречи». А может: «Не уходи». Но нет, последнее вряд ли. Аня неслась вниз по улице, мечтая никогда не возвращаться в родной город. Искала покой, а нашла… помутнение.

Она замерла напротив смотровой площадки и подошла к перилам. Вдали бушевало тёмное, непредсказуемое море, словно отражая состояние её души.